Книга Сердце для киборга, страница 14 – Мари Са

Внутри все закипает.

— Ты, мерзкий урод! — она вопит, совершенно забыв о нормах приличия. — Скоро тебя уволят! Вот увидишь! Я расскажу все папе! Ненавижу тебя! Ненавижу!

Сейчас она похожа на ребенка. Маленькое, жалкое существо не способное защитить себя. Такая беспомощная. На глаза наворачиваются слезы.

И в этот момент ее мучитель неожиданно отмирает, одним порывистым, каким-то совершенно неуловимым движением, прижимает к себе и просто молчит. Не говорит, не успокаивает, не оправдывается. Все происходящее настолько странно и нелепо, что выбивает из колеи.

Лейла очень редко плакала. Она хоть и была капризным ребенком, но, выросшая без матери, лишенная нежной материнской любви и заботы, быстро поняла, что слезы не лучший вариант в достижении желаемого. С отцом действовала ласка и притворство. Поэтому она быстро научилась рядом с ним изображать из себя наивную пай девочку. Какой, естественно, не являлась. Но отцу об этом знать не обязательно.

Предательские слезы катятся по щекам как огромные горошины. Словно они до этого копились и росли в ее организме и вот наконец нашли выход. Поэтому ощущаются просто огромными, нереальными, сюрреалистичными. Как в аниме у рисованных героинь. Но самое ужасное, что они не прекращаются.

Кажется, вся футболка мужчины пропиталась ее слезами, но он не ворчит, не отталкивает ее, а лишь сильнее прижимает к своей груди. Какой же он все-таки странный — проносится мыслью в ее голове. Странный и непостижимый. Существует ли второй такой на всем белом свете? Вряд ли.

Слезы наконец заканчиваются. Она еще немного хлюпает носом, но уже не рыдает как брошенный мамой котенок. Наверняка макияж размазан по всему лицу и надо бы привести себя в порядок. Лейла тянется за сумочкой, беспрепятственно выскальзывая из объятий и одновременно пытаясь натянуть обратно соскочивший лиф.

В глаза мужчине старается не смотреть. То что они пережили — мало напоминает обычные будни охранника и его подопечной. Да и охранник из него, если честно, странный какой-то. Сначала целует. Потом обнимает. И действует явно не по инструкции. Вряд ли в ней имеются подобные пункты. Но сейчас думать еще и об этом она точно не в силах.

Упаковка влажных салфеток спасает и делает свое дело. Конечно, от макияжа приходится избавиться. Вернее, от того что осталось. Стереть размазавшуюся помаду, тушь. Водостойкую, между прочим. Надо запомнить эту фирму и больше никогда там не покупать. Дорогостоящая подделка не иначе.

Стряхнуть с себя ощущение, что за ней наблюдают, не удается. А в тесном пространстве автомобиля слишком мало места, чтобы уединиться. К тому же сейчас голос ее слишком слаб, чтобы попросить или тем более приказать охраннику выйти. Поэтому Лейла терпит и старается не обращать внимания.

Если мужику нравится наблюдать, как женщина смывает макияж — это его проблемы.

Когда машина трогается, от урагана, прошедшего еще недавно по ее душе, не остается и следа. Лейла сдержана, спокойна и как всегда неприступна. Поэтому и следующие слова даются легко:

— Прекрати на меня пялиться! Бесишь!

В ответ ей, конечно, летит пустота. Но мужчина отворачивается. Отводит свой тяжелый взгляд. Перестает смотреть. А она испытывает… разочарование? Нет! Подобное не мыслимо! Она просто слишком устала. Ей просто надо отдохнуть. Скорее бы они уже приехали домой.