Книга С утра шёл снег, страница 30 – Лолита Моро

— Это Егор ее раскрасил. Специально старался, что бы никто не приставал, — усмехнулся Айк. Остряк. С раннего утра тренировался на мне. Шутил, как бы. Сам глядел на полосы зеленки, убегающие под платье. Хотел узнать, где они заканчиваются. Это вряд ли.

— Запал на тебя, что ли, наш уважаемый сосед? — заржал громко Овик. Не отводил черных, немигающих глаз. Только этого мне не хватало.

— Запал, точняк! Каждый вечер сюда приходит, как на работу. Прямо, как ты, — ухмылялся довольно хозяин заведения. Поприкалываться и заработать — его все.

Айк следил за порядком в зале, копаясь в кнопках музыкальной установки. Что-то там не ладилось в недрах караоке. Ура! Хоть уши мои отдохнут.

Днем в гостиницу заселилась семья. Мама, папа, трое детей. Откуда-то с Севера. Ужинали здесь, как положено. Я работала и не думала о ненужном мне. Таскала подносы, мыла тарелки, варила бесконечный кофе. Плечи ныли, ноги мечтали присесть. Я привыкала понемногу к физическому напрягу. Тяжеловато. А ведь это еще далеко не сезон.

Я вышла покурить в служебную дверь ресторана. В ту, что смотрела на море. Заметила, как в узкой щели между домами протянулось белое блестящее тело знакомого мерса. При-вет, доктор. Айк не смеялся, когда говорил об уважаемом соседе. Который вечер здесь отсвечивает. Не подходит близко. Трусит? Колыхается. Ну?

— Принеси Георгию Аркадьевичу его любимые баклажаны, — крикнул из-за стойки Гарик.

— И пива, — неожиданно добавил доктор. Странно. Он, вроде бы, за рулем. Хотя, такой мелкой дозой алкоголя здесь многие пренебрегали. Ехать белому мерседесу до виллы на горе всего ничего. Пара километров.

Он поймал мою руку сразу, как опустила перед ним на стол поднос. Сухие, твердые пальцы. Я оторвала глаза от столешницы и посмотрела мужчине в лицо.

— Мы не договорили в прошлый раз, — Егор даже не поздоровался. Не стал тратить время на вежливость. Смотрел серьезно. Как-то даже чересчур. Я улыбнулась. Интересно. Ну?

— Помнишь, что ты мне тогда сказала? Или мне послышалось? — не улыбается, ответа ждет, руку держит. Сколько пар глаз греют мою спину? Дымится уже.

— Приятного аппетита, — я открыто улыбалась в серьезные ореховые глаза. Пальцы свои, уже горячие, не отнимала. Егор сам убрал руку, придвинул тарелку ближе к себе. Отвернулся. Светлые волосы лежали плотной волной на затылке. Интересно, какие они на ощупь? Еле руку удержала. Так хотелось потрогать.

— Как насчет кино? Завтра вечером? — он быстро взглянул мне в глаза. Решил старый разговор вспомнить с известного места? Молодец. Я, мимо воли, рассмеялась. Ладно, поглядим, каков ты храбрец.

— Нет. Сначала в постель. Сегодня. В час ночи, у меня. И славы народной мне не надо. Услышит кто-нибудь, не открою. Решай, — я проговорила все ровным голосом прямо в его красивые глаза, хотела подмигнуть, не стала. На лице мужчины не дрогнул ни один мускул. Убрал глаза. Кивнул, типа услышал. Взял вилку и стал аккуратно поглощать жирные, в оливковом масле баклажаны. Через полчаса он спокойно уехал.

Не пришел. Неужели сдрейфил? Похоже на то. До двух часов я еще надеялась. Даже на галерею выходила, вглядывалась в ночь. Тучи висели низко, спрятав луну. В начале третьего пошел мелкий противный дождь. Я замерзла и промокла. Залезла в горячий душ и разревелась от злой досады. Какая сволочь! Яростно надраила зубы, плюясь горькой мятной пастой. Глядела в маленькое зеркало над раковиной, в сотый раз обзывая себя дурой. Сорвала майку с крючка. Вышла в комнату. Включила ночник.