Книга С утра шёл снег, страница 25 – Лолита Моро

Я сделала вид, что не слышу. Мыла тарелки со звоном. Горячая вода летела во все стороны. Гарик сделал еще одну попытку докричаться до меня. Ноль. Я вывалила груду вилок и ложек в железную раковину. Кухонный звон перекрыл гром караоке. Для тебя, пел резкий женский голос, следуя за сладко известным всем мужским. Для тебя, что-то там еще…

Мужская уверенная рука из-за спины дотянулась и выключила воду. Надо же, снизошел. Я выпрямилась и не оборачивалась.

— Поехали, — сказал он в мою спину. Не здороваясь. Зачем? Он для другого приехал.

Я отрицательно мотнула головой.

— Я соскучился, — он сделал попытку сказать это нежно. Не вышло. Мужской голос помимо воли владельца оттягивало в металл. Никогда. Он убьет меня. Из ревности зарежет. Я уже слышала такое. От него. Спасибо, нет. Я резко дернулась в сторону зала. Он успел поймать. Прижал к себе, наплевав на перчатки и мокрый фартук. Я чувствовала его пульс сквозь одежду между нами.

— Отпусти. Я закричу, — проговорила. Внутри стало предательски горячо. Похоже, соскучился не он один. Или ожидание чистого доктора так меня завело? Нет!

— Никто не услышит. Музыка орет, — он мягко касался моего уха теплыми губами. Жесткие пальцы, сжимавшие мои запястья, расслабились. Он взял мою правую руку в желтой резиновой перчатке, воняющей мылом и едой, и поцеловал голую кожу внутри запястья. Егор? Я забыла о нем. Какая разница?

— Поехали, — поцелуи в шею. Нежно. Хорошо.

— Нет.

— Почему? — добрался до щеки. Нежно. Ласково.

— Не хочу, — выдох. Вранье. Моя кровь горячим желанием уже рвалась к неизбежному, плюя равнодушно на инстинкт самосохранения. Он опустил левую руку на мое бедро. Ниже. Край платья.

— Ну, хоть эту ночь. Я не видел тебя вечность, я не трону тебя, не бойся, — он пошел рукой по внутренней стороне бедра выше. Поднимая подол. Я поймала ногами его ладонь в самом верху. Сжала. Он дотянулся и поцеловал в рот. Ласкал через намокающую ткань трусов, развязывая одновременно фартук. Стягивал перчатки. Я целовала в ответ. Голодно, уже не сдерживаясь.

— Я не трону тебя. Клянусь, — повторил и за руку вывел меня через служебный вход. Я не верила ему и не сопротивлялась. Плевать.

— Только не здесь, — попросила я в машине. Он внимательно посмотрел на меня. Кивнул. Бээмвэ, мягко урча двигателем, поскользило в ночь.

— Ты куда собралась идти в такую рань? — Саша прикрыл ладонью лицо, прячась от нахального солнечного луча, влезшего в комнату через тюль занавески. Смешная роскошь придорожного люкса. Вишневый плюш обивки и китайское золото рамы зеркала. Спасибо, простыни свежие и сухие. Горячая вода? Как повезет.

— Пять утра. Охренеть, — высказался мужчина, подобрав с пола телефон. Упал на подушки обратно. Я ушла в ванную. Горячая вода, не сразу, но все же полилась на голову.

— Я хочу тебя одеть. Тупо купить тебе нормальную одежду, что бы ты выглядела прилично. Поедем в Город, прошвырнемся по магазинам. У меня есть время до часу дня. Ты похожа на нищенку в этом жутком платье, на тебя жалко смотреть. Шлюхи на обочине выглядят лучше, — сказал раздраженно он, глядя, как я натягиваю свое единственное платье. Лежал на подушках. Вставать явно не собирался.

Рада за них, хотела ответить. Но промолчала. Не хотела говорить. Уйти хотела. Ночь закончилась. Внутри сытая, довольная пустота. Пора. Повернулась спиной.