Книга С утра шёл снег, страница 167 – Лолита Моро

— Лола! — Шуша подбежала ко мне на высоком крыльце. Вместо нарядного платья пижамка розовая в смеющихся зайцах. — Поправляйся скорее и приезжай к нам в гости.

Ребенок взял меня за руку, тяня вниз. Я присела. Теплый детский поцелуй крылом ангела коснулся моей пылающей щеки. В ладонь легло что-то крошечное.

— Это тебе. Я тебя люблю.

— И я тебя, — шепнула я в черные мягкие кудри.

— Аня! — громкий окрик отца. Он был уже совсем рядом. Запах его парфюма накрывал. Все тот же самый. И никогда не нравился мне.

Егор обнял сзади за талию и стал осторожно помогать мне спускаться. Нырнула в безопасность белого мерседеса. Успела опять. Егор громко обещал Багрмяну созвониться.

— Ту-ту-ту-у-у!

Мимо меня простучал на стыках железной дороги, бог знает, какой по счету вагон. Зайцев, что ли, разгоняет с путей сигналом машинист? Или просто скучно ему тащить под яркой луной такую бездну поклажи? Может быть, он веселый человек. Вдруг кто-то помахал мне рукой с плоскости состава, проплывающего мимо. Я подняла свою в ответ. На платформе торчало что-то спрятанное надежно под темную ткань. Одно, другое, третье. В паузах между зачехленными установками светились лицами люди. Матовые каски, неразличимые бронежилеты. Я махала им всем, как деревенская дурочка. Парни с автоматами за спиной отвечали и улыбались. Мой белый свитер горел фонарем на пустом переезде. Серебряной луне было не жалко раздавать всем подряд радость света.

— Пойдем в машину. Мало ли, что у них на уме, — Егор накинул на меня свой пиджак. Обнял. — Ты перестала дрожать. И температуры я не чувствую. Пойдем в машину.

— А что у них может быть на уме? — я не хотела уходить. Но поезд показал хвост. Ехать пора.

— Все, что угодно. Солдаты, — сказал Егор, словно последнее слово все объясняло. Открыл дверь машины. — Садись. Зачем ты им махала?

— Просто так, — я пожала плечами. — Грустно ведь так ехать одиноко в лунную ночь.

— Луна. Грустные одинокие парни. Девушка в белом на горном полустанке машет рукой. Ну да. Романтично. Задрочат теперь всю насыпь до Сухума, — усмехнулся неожиданно зло мужчина.

— Зачем ты так? — я слегка опешила. Видала доктора в разных видах. Но таким циничным не доводилось.

— Как так? Так, как есть. Поехали, девушка в белом, — Егор плотно за зад направил меня к мерседесу.

— Саша сам меня сбросил с площадки, — я сказала.

— Как? — Егор не верил.

— За шею. Поднял и выбросил через перила, чтобы убить, — я глядела в бледное в лунном свете лицо.

Мы стояли разделенные белой открытой дверью автомобиля. Тишина вокруг звенела абсолютная.

— За шею? Я видел синяки. Я думал, что он поймать тебя пытался. Еще удивился тогда, почему не за руки. Хотя, если он подошел, когда ты уже упала за перила, то… — доктор замолчал. Смотрел и думал. — Баграмян хотел тебя убить? Ты мне правду говоришь?

— Ты оскорбляешь меня своим вопросом, — я раздельно произнесла каждое слово. Лунный свет делал мир резко черно-белым.

Пару минут мы молча стояли друг против друга.

— Поехали, — приговорил Егор.

Тишина долго висела в тепле салона. Шуршала резина по стертому асфальту, чуть порыкивал мотор на поворотах. Я задремала.

— Приехали, — Егор дотронулся до моего плеча.

Гостиница «У Кристины» слегка подсвечивалась холодным светом монитора в окне холла. Кто-то из братьев дежурил честно вместо меня. Караоке справа доплясывало последнего посетителя. Четверть второго ночи. Или утра?