Книга Ло. Лётная школа, страница 20 – Лолита Моро

— Садись за руль, — велел мне комэск.

Я удивленно поглядела. Вообще-то, нормальным людям следует на завтрак торопиться. Особенно мне: на свидание с бюджетной овсянкой.

Но у провидения и начальства были явно планы свои.

— Давай учись, хватит позорить звено, — блондин на полном серьезе перебросил мне ключи.

Я погладила теплый бок джипа. Привет, малыш! Он слегка запылился, пока добирался на встречу ко мне. Водительское кресло приняло мой зад с добродушным вздохом. Я повернула ключ и поласкала подошвой педальку газа. Тот рыкнул доверчиво громко. Вперед!

— За воротами направо.

Комэск едва успел запрыгнуть на сиденье рядом. Глянул сбоку, ничего не сказал. Фуражку держал рукой на затылке. Потом на серпантине, когда скорость вынужденно упала, он прикрепил рант с тульи под подбородок, как кавалерист. Держался за железный поручень на передней стойке машины и помалкивал.

Правобережье открылось за стройными рядами синих елей. Городок проснулся давно. Спешил по утренним делам. Узкий пригород мелькнул на скорости мимо белыми простынями на веревках и полосатыми парусами маркиз над французскими окнами кофеен. Минута и мы оказались на главной улице. Стрэнд. Пальмы, белые замки справа, сияние и запах океана слева. Несутся в обе стороны тяжелые лимузины и кабриолеты. Мужчины за баранками мужественны и серьезны, девушки держат смуглыми тонкими руками шляпки и веют шарфами. Засмотревшись, я проскочила съезд. Скорость упала на ноль.

Меньше всего я думала, что глухая провинция — это про меня. Но!

Благоухание тяжелое коротких чайных роз. Широкая клумба обозначает границу движения. Конные экипажи и отдельные всадники. Кареты и ландо. Перья и гербы. Снова сердитые дядьки, но в цилиндрах, и барышни с шарфами и шляпками. Я открыла рот в изумлении и вперлась своим чудом цвета камуфляжа в этот расфуфыренный мир. Усатый, как таракан, детина в полосатой ливрее с запяток ближней золоченой колымаги длинно сплюнул на капот моего вранглера. Я потеряла дар речи снова. Хотела ударить по тормозам, но не успела.

— Будь внимательней, Петров. Следующий поворот налево на светофоре — наш. Вот эта ручка — сигнал поворота. Вверх-вниз, — спокойный, как угол дома, комэск показал которая. Прощелкал поворотник. — Езжай медленно, не отвлекайся на ерунду.

— Ерунда? Да он в морду нам плюнул! — пропыхтела я, запоминая мужика, цвет ливреи и герб на карете. На всякий случай. — Это что, нормально тут?

— Он чужой холоп, мы — имперские офицеры, пусть и будущие, неважно. Мы не станем мараться из-за каждого плевка, — равнодушно-холодно декларировал командир.

— А у тебя какой титул? — осенило меня слегка запоздало. Мы миновали благополучно мой первый в водительской жизни светофор и перекресток.

— Что, так заметно? — вдруг улыбнулся мой спутник. Глядел светло-голубыми глазами в длинных, почти девичьих ресницах. Не замечала.

Я отвернулась и стала вдвое внимательнее глядеть на дорогу. Жег горючей слезой бессильный стыд перед директрисой Сент-Грей. Леди Анна лично читала будущим невестам курс здешней планетарной геральдики. Я еще «отлично» заработала у нее в аттестат, хоть мы на дух друг друга не выносили. Ай-яй-яй! Барон Кей-Мерер, Август Максимус Отто и еще десяток имен. Перед глазами сразу всплыл надутый дядька в рыжей круглой бороде и меховой тужурке с картины четырехсотлетней свежести. Ледяной взгляд голубых глаз сомнений не оставлял. Я заткнулась от огорчения.