Книга Вернуть жену. Жизнь после любви, страница 68 – Алекс Мара

Матвей протискивается между нами и поднимает на меня любопытный взгляд.

— Кто эта женщина? — шепчет, как будто считает себя невидимкой.

Смотрю Лейле в глаза и отвечаю сыну.

— Эта женщина нам с тобой не знакома. Она сбилась с пути и попала не туда, куда ей следовало приезжать. Она сейчас уедет, и я надеюсь, что она вскоре найдёт своё место в жизни. И будет счастлива.

Сын удивлённо моргает. Мой ответ явно показался ему более чем странным. Однако родители вообще очень странные люди, это известно всем детям. Закатив глаза, Матвей уходит.

Лейла стоит одна на подъездной дороге. Она словно сдулась. Ссутулилась, враз постарела. Выглядит потерянной и предельно несчастной.

— Столько вложено… и столько потеряно… — шепчет она чуть слышно. — Как же это несправедливо! А ведь у нас тоже есть дети. Говорю это на случай если ты забыл… — Горько усмехается, глядя на Ярослава. — Что будет с нашими детьми?

— То же самое, что и сейчас, — отрезает он. — И не устраивай драму из ничего, всё равно тебе никто не поверит. За последние три недели ты ни разу не поинтересовалась, как дела у Тимофея.

Лейла щурится, как будто присматривается к Ярославу, не узнаёт его.

— Как же я не заметила, что ты настолько безжалостный?

— Как же я не заметил, что ты настолько плохая мать? — парирует он.

— Нелюбимая жена и нелюбимая мать, — говорит Лейла шёпотом, опуская голову ниже.

Смотрю на Ярослава. Сейчас кажется правильным, чтобы он подошёл к Лейле и попробовал поговорить с ней нормально, без криков и обвинений. Чтобы хотя бы завершить эту сцену на спокойной ноте, без очередной вспышки ненависти, без новых ран, которые потом будут болеть у всех — у него, у неё, у детей.

Не то чтобы Лейла была достойна прощения или мягкого отношения. Я ещё нескоро забуду её ядовитые слова, её презрение, её попытку ранить меня в самое сердце своей наглой ложью.

Ярослав всё правильно сказал: она приехала сюда со злыми намерениями. Была убеждена, что у неё всё получится, потому что считала себя безнаказанной. Хотела причинить мне боль и поссорить нас с Ярославом, в этот раз уже навсегда. Пыталась разрушить то, что мы только начали строить и укреплять.

Более того, Лейла пыталась обмануть Ярослава, манипулировать им и забеременеть без его согласия. Эта мысль всё ещё крутится в голове, оставляя за собой множество вопросов и неверие.

Да, Лейла поступила плохо, бесчестно. Всё это так, но… Никому не будет лучше, если существующий нейтралитет между Ярославом и Лейлой окончательно перейдёт во вражду. Порванные, обожжённые отношения — это тень, которая потом всегда будет следовать за всеми нами. И за их детьми тоже. Я не хочу этого ни для Ярослава, ни для Тимы, ни для Матвея.

Поэтому я смотрю на Ярослава, взглядом показывая, что не обижусь, если он захочет остаться с Лейлой наедине. Что я понимаю — лучше закрыть старую дверь тихо, чтобы она не хлопала на ветру всю оставшуюся жизнь. Пусть Ярослав знает, что я не боюсь, не ревную и доверяю ему… сейчас. Острая паника прошла, я стряхнула с себя прошлое и вижу Ярослава таким, какой он есть.

Я не расстроюсь, если он захочет поговорить с Лейлой наедине.

Однако он остаётся на месте. Даже не делает шага в её сторону. Он будто чувствует, о чём я думаю, — поворачивается ко мне и берёт меня за руку. Его пальцы тёплые, крепкие, уверенные. Он сжимает мою ладонь, не давая мне ни вырваться, ни отойти в сторону.