Онлайн книга «Мужикам я больше не верю!»
|
Унесла свои вещи в спальню, переоделась в мягкое кашемировое платье, на ноги вязанные носки и пошла на кухню… Котлетки Феде очень мои нравились, так это он ещё борщ мой фирменный не пробовал! С дороги самое то! Глава 13 Глава 13 Уже и борщ давно сварился, и остыть уже успел… а машины с Фёдором всё не было… Митрич два раза заходил, борщом его накормила, да блинчиками… покряхтел немного по-стариковски и к себе в домик ушёл. — Ты это, Галя… ты не переживай, Фёдор битый сибиряк, он эту тайгу, как свои пять пальцев знает. Может просто погода нелётная… ты спать ложись, приедет куда он денется. От его ободряющих слов мне почему-то не стало спокойнее, накинула тёплую фуфайку, которая всегда на входе на гвозде висела, и пошла на улицу. Стою на крыльце и ничего вокруг не вижу из-за непроглядного тумана, вот реально ни забора не видать, ни избушки Миртрича. И связи же здесь нет, чёрт возьми! Спутниковую связь они с собой забирают. Присела на плетёное кресло, которое стояло тут же на широком крыльце, закрыла глаза и стала молиться. — Отче наш, иже еси на небесех… Пусть живой будет, пусть не любит меня, пусть по девке у него в каждом городе, пусть! Только бы знать, что живой, только бы жил на этом свете. Хоть бы додумались вообще не взлетать по такой погоде… пожалуйста… Господи, спаси и сохрани! Посидела ещё немного, замёрзла до костей, зашла в дом и ходила там кругами из угла в угол, пытаясь немного успокоиться. Ещё через час прилегла на диване перед горящим камином… нет, я спать не буду. Пока Федю не дождусь, о сне не может быть и речи! Но стоило только укрыться пушистым пледом… И во сне я своего Фёдора ищу, хожу в густом тумане и кричу его, и зову… Проснулась резко от того, что кто-то на кухне посудой тихонько гремит… от страха затошнило даже. В комнате темно, камин уже почти потух, свет горел только на кухне, поэтому я тихо спустила ноги с дивана, осторожно встала, взяла в руки кочергу, которой сегодня угли в камине ворошила, и тихонько, крадучись двинулась на звук. Дверь на кухню была слегка прикрыта, но в щель хорошо был виден как раз-таки стол… От увиденной картины я расплакалась… За столом сидел Федя… и как бы не Федя! В шерстяной водолазке крупной вязки цвета хаки щетина на лице, волосы торчком торчат… сидит борщ мой наворачивает, блинами прикусывает и от удовольствия постанывает даже. Толкнула дверь, улыбаюсь, слёзы с тушью по щекам размазываю. — Буров, а разбудить нельзя было? – и реветь хочется, и смеяться. Живой! Живой и здоровый! Спасибо, Господи! Спасибо! — Галь, ты так сладко спала, рука не поднялась! - вскочил, к себе прижал, целует… - Как я рад, что ты приехала, родная моя! Устал, как собака, но к тебе пешком хотел идти. Обнимаю в ответ, по спине глажу, наконец-то я там, где мечтала быть, рядом с ним, любимым моим мужчиной… сильным, суровым и таким родным! — Я так боялась, что больше тебя не увижу, так переживала… — Я всегда к тебе возвращаться буду, я люблю тебя, Галчонок! – за что мне счастье то такое, за какие заслуги послал мне боженька этого потрясного мужчину? Вот уж поистине пути господни неисповедимы! Одного в тайге потерять, второго тут же найти! — Я тебе ванну сейчас наполню, и сама тебя вымою! — Заботливая ты моя! – колючей бородой о щёчку мою трётся… щекотно. – Можно только сначала ещё борща тарелочку? |