Книга Последний день в... Париже, страница 74 – Татьяна Донченко

— Завтра какие планы?

— В музей Пикассо и Дали, возможно, еще куда-то, – Сонечка задумчиво пожала плечами. – Хочешь с нами?

— Н-не уверена…

Я прикусила губу, с трудом пряча глупую улыбку. Подруга посмотрела на меня с тревожной материнской нежностью.

— Будь осторожна, Вик, – тихо заметила она. Соня понимала, что не откроет мне ничего нового. Я и сама понимала, насколько опасным было мое увлечение Алексом. Но этот товарняк уже сорвался с тормозов, его уже никак не остановить.

— Я знаю, – вздохнула я.

— Нам осталось всего два дня, – напомнила она, увидев, как я недооцениваю масштаб надвигающейся катастрофы. – Утром на третий улетаем.

— Утром? – я помнила, что рейс был после обеда.

— Да, я проверила на сайте авиакомпании, вылет перенесли.

— Вот уроды!

Не понимаю, почему меня это так расстроило, но настроение, с которым я выходила из отеля, разительно отличалось от того, с каким в него заходила.

Как будто эти потерянные часы могли что-то изменить. Мне и без того не хватало времени с Алексом, а теперь его стало еще меньше. Время – это бесценный дар, и я чувствовала, что его у меня украли.

— Хэй? В чем дело, веснушка? – Алекс потянул меня за руку и заключил в теплые, уютные объятия. Он коснулся ладонью моей щеки вытирая ее, и я только сейчас поняла, что плакала. – Ты ушла всего на пару минут, что могло произойти?

Хотела ответить, но вырвался лишь всхлип. Меня переполняли обида и гнев; хотелось кричать и бить кого попало. Диспетчера? Логиста? Кто составляет расписания рейсов?

— Садись в машину, тебя всю трясет, – Алекс заботливо усадил меня на пассажирское сиденье и взял мои вещи.

Я плюхнулась в кресло, чувствуя, как ноги подгибаются. Вздыхала глубоко, стараясь прийти в себя, но слезы лились потоком. Чем больше я старалась собраться, тем сильнее они текли.

— Веснушечка, милая, – Алекс сел в машину, но не трогался с места, а потянулся ко мне через консоль и заключил мое лицо в ладони, – ну что с тобой такое? Сердце разрывается, как тебе помочь?

Я вытерла щеку краем рукава и на ней остался черный след от туши. Тут же вспомнила, что это, вообще-то, рубашка Алекса. Еще и вещи его пачкаю! Ну, что я за неудачница-то такая? Своего лучшего друга обидела, зачем вообще решила с ним встречаться, если не любила? Теперь он взял в руки автомат, рискует жизнью. Предала память об отце, продала машину, не поняла какие чувства мама прятала за вечными ругательствами и ворчанием на него. Универ окончила с отличием и не хочу теперь работать по специальности, вообще по жизни не знаю что делать и что мне интересно. А может, у меня потому и нет планов на жизнь, что у меня скоро не станет самой жизни? Блин, даже лучший отпуск в Париже провела как тупая курица, постоянно попадая в неприятности! Была бы моя воля я бы вообще не выходила в город, не позорилась, а все эти десять дней провела не вылезая из постели… Алекса. Ох, еще и влюбилась в него!

Капризно проворчав, я ударила кулаком о сиденье, и сразу поняла как это было по-детски. Перенос времени стал моей последней каплей. Как это все объяснить Алексу?

— Просто обними меня, пожалуйста, – всхлипнула я, уткнувшись в его объятия. – Это скоро пройдет.

Алекс отодвинул сиденье, усадил меня на колени, и я обняла его крепче, уткнувшись лицом в грудь.