Книга Образцовый доктор, страница 52 – Татьяна Донченко

Я развернулась к нему и смотрела на него с целым хаосом эмоций: и смущение, и чувство вины, и даже удивление, потому что Валера никогда подобного не предлагал. А еще волнение перед тем, что нас троих ожидает, но больше всего – радость оттого, что он этого хочет.

В одной из комнат была закрытая дверь. Я не видела, что за ней, но почему-то сразу почувствовала, что там хранится что-то важное. Что-то, связанное с прошлым Алексея, о котором он не спешил рассказывать. Меня обуял интерес, смешанный с неловкостью. Стоит ли спрашивать? Имею ли я право вторгаться в его личное пространство?

В конце концов, он обязательно расскажет, когда захочет. Или если захочет.

Я наконец-то приняла душ и тщательно вымыла голову. Процесс так увлек меня, что я потеряла счет времени. Затем надела удобные велосипедки и топ, посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась.

Не помню, когда в последний раз вообще улыбалась. Наверное, только благодаря Машуле: ее первому «агу», первому «мама» и первому шагу… Но так, чтоб я была счастлива и улыбалась просто так, для себя, уже и не помнила.

Вышла из ванной и столкнулась с Алексеем, прямо влетела в его объятия изо всех сил. Он охнул и засмеялся.

— Ловлю, ловлю!

Я обняла его плечи и прижалась губами к его губам. Не верила, что могу сделать это без смущения. Ощущение его близости было правильным и приятным.

Его руки прошлись по моей талии, по бедрам и попе.

— Ты стала еще красивее за эти пять лет. Настоящая роскошная молодая мама.

Я все-таки смутилась. Раньше незнакомцы говорили мне комплименты, но я не верила им, думала, они просто хотят меня закадрить. Но от Кораблева было слышать такие слова особенно приятно, и я ему верила.

Он развернул меня к себе спиной и, массируя мне плечи, повел в свою комнату.

— Знаешь, я ехал сюда и думал, что было бы круто для разнообразия не только заснуть с тобой вместе, но и проснуться, – сделал акцент на последнем слове, а в голосе звучала улыбка.

— Да, я тогда сглупила, – призналась я.

— Почему ты решила, что я не обрадуюсь, увидев тебя на следующее утро? Или не захочу обменяться номерами? – он говорил вроде бы шутя, но по его тону я поняла, что его давно волнует этот вопрос.

— Не знаю, – пожала плечами, на самом деле знала, но боялась признаться. – Тогда тебе позвонила сестра и назвала «блудливым кошаком» и…

— И ты решила, что я подцепил тебя на ночь, как и многих других?

Он расстелил постель, взбил подушки и жестом пригласил меня лечь. Я легла, утопая в хрустящем одеяле. Какая уютная постель!

— А ты не такой?

Алексей прилег рядом, но не обнял меня и не коснулся. Просто скрестил руки в замок и положил их под голову. Его взгляд был устремлен в потолок, он о чем-то размышлял.

— Я всегда таким был, скажу честно.

Я нахмурилась, не веря, что он признался мне в этом. Лежа рядом, он сказал, что часто заводит романы на одну ночь.

Он не женат. Детей, судя по словам Люси, нет. Всё складывалось в одну ужасную картину. Он не тот, кем кажется. Он не тот образцовый мужчина, которым кажется. Он просто… блудливый кошак, как сказала его сестра. И я была одна из многих. И останусь одной из многих.

Сердце болезненно сжалось. Стало трудно дышать. Я отвернулась от него, чтобы он не заметил моих эмоций.

— Хэй? – позвал Кораблев, осторожно коснувшись моего плеча и разворачивая к себе лицом. – То есть, дослушать ты не хочешь?