Книга Искусство соблазнения, страница 33 – Лилия Хисамова

— Обязательно! И чай, и кофе, что пожелаете!

Проходим в просторный зал, большую часть которого занимает огромный овальный стол. Ближе к выходу на стене установлен белый проектор, а рядом – компьютер. Мы идем в дальний конец и занимаем места напротив входа. Я выбираю себе стул, отодвигаю его, чтобы сесть, и замираю, услышав:

— Никита Андреевич скоро к вам присоединится, он сейчас в отделе кадров. Там с утра собеседования проходят.

Чувствую, как волна удивления проходится по комнате: никто из нас не ожидал таких новостей.

— А когда начальник приехал? – интересуется за всех Андреев.

— Вчера после обеда. Сами не ожидали, он должен был появиться в понедельник. Возможно, захотел поприсутствовать при отборе кандидатов. С нового года у нас открываются две новые должности.

— Вот так сюрприз с утра! Миша, ты зубы почистил? Высшее руководство к нам пожаловало! – не теряется тимлид.

— Максим Валентинович, можно я тихонечко посижу в уголке и спрячусь за Надюшину юбку? – коллега садится возле меня.

— Не можно! Надюшиной юбки на всех не хватит! – тут я вспоминаю, что на мне сейчас надето!

Не-е-е-ет!

Почему это происходит со мной?

В этом платье я чувствую себя абсолютно голой. Нет, если бы я была на самом деле голой, ощущала бы себя комфортнее, чем в этом наряде! Оно привлекает внимание: сдавливает грудную клетку при дыхании, выпуская мой немаленький бюст вперед в вырез платья; при ходьбе задирается так высоко, что бедра оголяются до опасной линии, разделяющей приличное с вульгарным.

От этой мысли я сжимаюсь и вся поникаю.

Через несколько минут зал наполняется людьми: идут менеджеры питерского отделения, их тимлид, Анастасия также занимает один из стульев. На ее фоне, одетой в строгую юбку-карандаш и закрывающую все, что нужно, серую блузку, я выглядела, мягко говоря, вызывающе.

Народ проходит, пожимает друг другу руки; все здороваются, перекидываются вежливыми вопросами о погоде, как прошел наш перелет. Я веду себя в этом общем действе отстраненно, стараясь оставаться менее заметной.

— День добрый! – общий гул останавливается низким баритоном.

И если раньше я просто нервничала, то сейчас готова провалиться сквозь землю, испариться, исчезнуть. Не решаясь даже взглянуть в его сторону, я медленно занимаю свое место, свято веря: если не смотреть на человека, то он тоже в ответ смотреть не будет; ну, в крайнем случае, ты этого не увидишь. Благо босс садится за четыре места от меня, и наши глаза будут встречаться редко.

Первое слово берет директор питерского офиса Владимир Николаевич. Мужчина почти под пятьдесят, среднего роста, с небольшим выпирающим животиком и седыми волосами. Он производит впечатление этакого дядюшки, которого в семье все любят за доброту и заботу, ровно до того момента, как заговорил:

— В этом году работали паршиво! Поувольняю всех на х.… если не исправитесь! – сидевшие за столом начинают переглядываться, в конце останавливая обеспокоенный взгляд на Никите Андреевиче, как бы моля пощадить и усмирить разгневанного «дядюшку». А я сижу и жду, когда он отшутится в своей обычной манере.

— Владимир Николаевич, давайте будем красиво выражаться: здесь присутствуют дамы! – начальник все же вступается за нас.

Миша заговорщически подмигивает мне, намекая: «Я же говорил».