Книга Долго и счастливо (не) про нас, страница 21 – Лилия Хисамова

Поверить не могу. Сейчас всё произойдёт, и мы займёмся сексом. Полномасштабным. Настоящим сексом.

— Ты такая влажная. Я не могу больше ждать, — чувствую, как в мой вход упирается набухшая головка.

— Я тоже, — хватаю открытым ртом пропитанный похотью воздух.

Тело пронзает лёгкая боль, когда его член врезается в меня. Но потом становится горячо, и неприятные ощущения исчезают. Словно их и не было.

Руслан громко стонет, насаживая меня глубже.

Но это ещё не предел.

Мне кажется, что вместить в себя эту твёрдую громадину просто невозможно. Я ёрзаю, но парень держит меня крепко, чтобы не соскочила. И рывком входит на всю длину.

— Какая ты узкая, — рычит мне в ухо, продолжая двигаться медленными толчками. — Хочу тебя всю, детка.

Целует меня в губы. Проталкивает в мой приоткрытый рот язык и ласкает им нёбо.

Я теряюсь в своих ощущениях.

Это пытка. Сладкая. Мучительная пытка.

Разве так бывает? Чтобы тебе было невыносимо приятно?

Я следую своим инстинктам, закрываю глаза и двигаюсь бёдрами ему навстречу. Руслан трёт мой твёрдый клитор, трансформируя все ощущения в одно лишь голое возбуждение.

Мне становится жизненно необходимо получить разрядку. Потому что терпеть подобное нереально. Это выше моих физических сил.

Напряжение в животе всё растёт и растёт. Пока с новым толчком не происходит настоящий атомный взрыв, заполняющий всё мое тело приятным теплом.

Руслан резко выскальзывает из меня и приподнимается. Хватает член рукой и начинает дрочить, сжимая головку. Я с любопытством слежу за его действиями, и в этот момент мне на тело брызжут горячие липкие капли спермы. Её много, и жидкость попадает даже мне на лицо.

— Прости, детка. Забыл натянуть резинку.

Я вся трясусь от новой порции адреналина и не знаю, что сказать. Мне безумно нравится всё, что он делает. До каждой мелочи.

Боже. Так недолго и по-настоящему влюбиться.

Мы принимаем вместе душ и возвращаемся на злосчастный диван в гостиной. Руслан включает свой любимый фильм, но уже на первых минутах какого-то шедевра мирового кинематографа мы утопаем в поцелуях, забывая обо всём на свете.

Мы как обезумевшие не можем насладиться нашей близостью. Словно нам уготован лишь короткий миг, по завершению которого придётся расстаться.

Руслан на руках несёт меня обратно в спальню. Уже по собственному желанию. Укладывает на кровать и сам опускается сверху. Мы бросаемся в такой бешеный водоворот страсти, что парень еле успевает менять презервативы.

Ближе к вечеру, уставшие физически, мы плетёмся на кухню проверить запасы холодильника. Я готовлю нам бутерброды, пока Руслан идёт кормить собаку. А когда он возвращается, нежно обнимает меня из-за спины за талию и целует в макушку.

— Мне немного неловко, что тебе приходится держать её взаперти из-за меня.

— Кого?

— Твою собаку.

— Она не моя.

Резко оборачиваюсь.

— А чья?

— Мамина. Она умерла несколько месяцев назад, и я взял её стервозную псину себе.

— Мне очень жаль, — не сдерживаюсь и обнимаю парня.

Что может быть тяжелее потери родителя.

— Спасибо. Это был несчастный случай, — голос Руслана наполнен грустью. — Мама очень любила Лейлу. И баловала её чрезмерно. Вот из неё и выросла настоящая сучка.

— Руслан, — укоризненно.

— Эта псина при виде меня начинает точить зубы. Если я с порога не кину ей кусок мяса, сразу вгрызается мне в ногу. Раны потом долго заживают.