Книга Развод. Смогу ли я простить?, страница 33 – Лиза Шимай

Я с трудом подавила желание фыркнуть.

— Нет, Жанна Георгиевна, всё хорошо. Мне нужно возвращаться к работе, поэтому давайте сразу перейдём к разговору.

— К работе? Ну да…

Жанна Георгиевна скривилась. Я прекрасно знаю, как она относится к моей работе. Для неё человек, который сидит дома и что-то там печатает на компьютере, это не работник. В её понимании я должна ходить на работу с девяти до шести, а иногда ещё и по выходным. Я знала ее отношение к моей деятельности и уже давно перестала обращать внимание на ее высказывания.

— Роман недавно огорошил меня новостями. Сама понимаешь, какими.

Женщина потупила взгляд в стол. Я заметила, что ей неловко о таком говорить. Удивительно.

Неужели у Жанны Георгиевны есть моменты, когда она не испытывает неловкость?

— Сказать, что я была шокирована, это ничего не сказать, — продолжала бывшая свекровь. — Но зато теперь всё стало на свои места. И я поняла, почему вы развелись.

— Жанна Георгиевна, давайте не будем юлить? Мы обе прекрасно понимаем, как вы относились к нашему браку, и я больше чем уверена, что наш развод вас только порадовал.

— Леночка, ну не нужно так говорить. Да, я предъявляла к тебе определенные требования, но так делает любая мать. Роман мой сын, и он всегда останется моим ребенком. Я о нем забочусь. Но то, как он поступил…

Жанна Георгиевна разводит руками, ее губы беззвучно шевелятся. Даже она не может подобрать слова, чтобы описать происходящее.

Что уж тут говорить обо мне.

— Я не понимаю, как это произошло. Просто не понимаю, когда это началось. И ты всё знала? Ты с самого начала всё знала?

— Конечно, я ничего не знала. Если бы я узнала, я бы уже давно закончила эти отношения.

— У меня в голове просто не укладывается. Нет, я не скрою того, что я рада, что у нас появился внук, и я должна принять его, но... Я даже не знаю эту женщину, — добавила Жанна Юрьевна шепотом. — Я так поняла, что она не очень адекватная.

Я просто пожала плечами и отвела взгляд. Пока я разглядывала проходящих по тротуару людей, стараясь подавить слезы, которые снова начали выступать на моих глазах, я примерно представляла наш разговор и думала, что перенесу его проще.

Я считала, что уже успокоилась и могу себя держать в руках, когда говорю на эту тему. Но, видимо, еще прошло слишком мало времени. Наверное, я еще не готова с кем-то об этом говорить. Тем более с Жанной Георгиевной.

Я бы вообще предпочла больше не поднимать эту тему. Просто вычеркнуть из жизни всё, что произошло, сосредоточиться на себе и на ребенке. Это всё, чего мне сейчас хотелось.

Но я понимаю, что этот разговор рано или поздно должен состояться. Пусть это лучше произойдет сейчас. Я поставлю окончательную точку в отношениях с этой семьей и буду жить дальше.

— Жанна Георгиевна, к чему этот разговор со мной? Это ваш сын. И это ваш внук. Меня это больше никаким образом не касается. Мы с Романом развелись.

— Я волнуюсь о генах этого ребенка. Да, он сын Романа, но еще и сын какой-то прошмандовки. Чего ждать от такого ребенка?

— Не мое дело, — снова пожимаю плечами.

— Ленусь, я была строга к тебе, но всегда понимала, что если ты родишь нам внуков то…

Жанна Георгиевна внимательно смотрит на меня. Я чувствую ее липкие взгляды на своем лице и теле.

Медленно поворачиваюсь.