Книга Измена. Я с тобой развожусь!, страница 27 – Лиза Шимай

Она снова начинает плакать.

— Ее доставали из бассейна. Кажется, она была без сознания, и повсюду было очень много крови. Вероника, скажи мне, пожалуйста, что ты сделала? Я должна знать, чтобы тебе помочь.

Дочь продолжает плакать. Мне страшно от того, что происходит. Конечно, она впутывалась в разные неприятности. Но если сейчас она навредила человеку, то тут я ей уже помочь никаким образом не смогу. Это не в моей власти.

Но я должна услышать это именно от нее. Я должна услышать, что именно она что-то сделала. До последнего хочу верить в то, что моя дочь в этом замешана. Она же моя дочь. Неужели я смогла воспитать такого человека, который может совершить подобное?

Я не хочу в это верить. Я не могу в это верить.

Спустя несколько минут истерики мне не удается ничего добиться от Вероники. Кроме её слов «позвони папе».

Я оставляю свою дочь и бросаюсь в коридор, туда, где оставила свой мобильный телефон. Достаю его из сумочки. Хочу позвонить Тимуру, но вижу, что мой телефон окончательно сел.

Быстро иду с телефоном в гостиную, нахожу зарядное устройство и сразу ставлю его на зарядку. Снова сажусь к Веронике.

— Милая, ты должна мне все рассказать.

— Мам, я ни при чем. Это случайно.

— Хорошо, я поняла. Это случайно. Вы поругались, да?

— Нет, мам. — Она снова начинает плакать.

Я не могу понять, почему у нее такая истерика, если она тут ни при чем. Наконец-то мой телефон зажигается. Я набираю Тимура, но он мне не отвечает.

Конечно, неудивительно.

— Дай мне свой телефон, где он?

— Я не знаю, я не помню.

Я подхватываю Веронику под руки, заставляя её подняться, ощупываю ее карман, телефона нигде нет.

— Вероника, ты всегда ходишь с телефоном, где твой телефон? — говорю я.

— Не знаю, может быть, он там остался.

Меня трясет от паники. Я просто готова сойти с ума. Я не хочу верить, что моя дочь могла сделать подобное.

— Вероника, ты сейчас должна понимать, что я не смогу тебе помочь, если ты будешь молчать. Ты мне расскажешь?

Дочка сквозь слезы смотрит на меня и отрицательно качает головой. Я не понимаю, почему она так себя ведёт.

— Ты пойми, что всё серьёзно, — продолжаю я. — Там вызвали скорую. Сейчас приедет полиция. Если она пострадала, а она пострадала, я видела, сколько крови было, то сейчас нужно молиться только о том, чтобы она осталась жива. Если ты в этом замешана, то...

— Мам, это не я.

— Хорошо, давай тогда успокоимся. Скажи мне, ты видела, кто это сделал?

Она поджимает губы, а затем вскакивает на ноги и быстро убегает к лестнице. Я пытаюсь ее догнать, но не успеваю. Она закрывается в ванной комнате.

— Вероника, пожалуйста, открой.

— Ты мне не поверишь, ты никогда мне не веришь. И никогда не верила. Ты во всем всегда винишь меня. И сейчас обвинишь.

— Нет, подожди, я пытаюсь выяснить. Я же пытаюсь с тобой поговорить. Почему ты так себя ведешь? Пожалуйста, просто расскажи мне, что произошло? Что случилось?

— Нет! Позвони папе!

Я слышу как открывается входная дверь, спускаюсь вниз. Это Тимур.

— Где она?

— Заперлась в ванной. — Говорю я.

Тимур отталкивает меня в сторону и быстро поднимается по ступенькам.

— Что ты собрался сделать, Тимур? Что там произошло?

— Уйди. Я сам разберусь. — Он подлетает к двери и начинает с кулака в нее стучать. — Дочка, быстро открой дверь.