Книга Измена. Я с тобой развожусь!, страница 14 – Лиза Шимай

Переворачиваю блокнот и открываю с первой страницы.

Понимаю что это не блокнот Тимура, тут записи сделаны женской рукой.

Это дневник! Дневник моей дочери.

Но что он делает в столе моего мужа?

Быстро пролистываю первые страницы и смотрю даты.

Написано только день и месяц, поэтому сразу непонятно, когда именно она его вела. Но когда я вчитываюсь в первые записи, то понимаю, что это было до того, как ее отправили за границу.

Читать дневник своей дочери, наверное, это очень плохо и неправильно. Но я просто не могу оторвать взгляд.

Быстро пробегаю глазами по строчкам. Здесь она пишет о том, как обворовывала магазины вместе со своей подругой. И я просто в ужасе от того, что она пишет.

Для нее это было развлечением. Она так отдыхала.

Она пишет о том, как ненавидит меня, как я раздражаю ее своим контролем. Она пишет о том, как была несчастна, потому что я с самого детства заставляла ее ходить на разные кружки и спортивные секции. Она говорит о том, что у нее не было свободного времени, и я ей просто не даю дышать. А так она выпускает пар.

Это неприятно читать, поэтому я закрываю.

Закрываю, снова переворачиваю блокнот, вырываю последние страницы, на которых сделала записи, и откладываю их в сторону.

Вот значит так, я не давала ей дышать.

В её возрасте я мечтала о том, чтобы заниматься в музыкальной школе, ходить на рисование, танцевать. А для неё всё это было обузой, хотя я так не считала.

Конечно, иногда она не хотела идти на занятия или тренировку, но я думала, что это просто же детские капризы, и заставляла ее. Я всегда считала, что целей нужно добиваться и никогда не сдаваться.

Нужно брать себя в руки, даже если ты не хочешь что-то делать, нужно продолжать. Я думала, что воспитание детей состоит именно в этом — с самого детства постараться развить их способности, постараться помочь найти свою дорогу. Но, по словам Вероники, я только над ней издевалась.

Некоторое время я просто смотрю на этот блокнот. Нельзя его читать, это неправильно. Я будто влезаю без разрешения в голову своей дочери.

Но затем я снова не выдерживаю. Опять беру этот дневник и читаю последние записи. Как раз перед отъездом в школу.

Там она пишет о том, что ненавидит меня, и когда вернется, то обязательно сделает все, чтобы мне отомстить. Но даже не это повергает меня в шок. А самая последняя строка, в которой она пишет, что знает о том, что у ее отца появилась любовница. И она очень надеется, что скоро мы разведемся.

Потому что новая пассия моего мужа, ей нравится гораздо больше.

Год. Это было еще год назад.

Она пишет о том, что когда вернется из школы, то будет жить с ними. Потому что женщина моего мужа, ее понимает лучше, чем я.

Ближе к вечеру мой дом ещё пуст.

Никто не вернулся, и меня это радует. После того что я прочитала в дневнике, я все еще не могу прийти в себя.

Мне звонит Света.

— Ну, не поверишь, есть для тебя работка. И прям недалеко от твоего дома.

— Ой, это интересно.

— Ты знаешь Криничную?

— Криничная, Криничная, — повторяю я, — очень знакомая фамилия.

— Она живет в конце твоего переулка. У нее муж какой-то банкир. У нее скоро день рождения, Тридцать лет, юбилей. Будет отмечать у себя в саду. Хочет все в стиле лесной феи.

— Лесной феи? Интересно.

— Желтые фонарики на деревьях, деревянный, тяжелый стол, большие крупные свечи и все в нежно-зеленых, оливковых и бежевых цветах.