Книга Греховный соблазн ночи, страница 32 – Люсинда Миллер

Селим впервые показал себя таким жестким и бескомпромиссным. Люция знала каким он мог бывать. Анна испуганно захлопала глазами, села на кровать. Один миг гляделок: карие жгучие глаза и зеленые огромные озера. И она поверила в его угрозу.

— Я позвоню Тариеву, спрошу, когда умудрился окунуть в Анну свою волшебную палочку, — исчезая из спальни Анны произнес Селим.

— Люценька, что мне делать? — захныкала младшая, осознав наконец свое бедственное положение. — Я не хочу замуж за мусульманина. Меня посадят под замок, наденут паранджу и прощай моя свобода.

Зеленые глаза наполнились влагой, ужасом, неверием происходящего.

— Ань, об этом надо было думать, когда ты к нему в койку прыгнула. Ведь это ты инициатором секса была? Признайся!

Анна стыдливо спрятала взгляд. Обычно дерзкая, сегодня ее как подменили. Крутила пальцы, тасовала мысли в буйной головушке словно пасьянс, пытаясь найти выход.

— Сестра, — погладила Люция младшую по плечу, — не бойся. Мы с тобой, всегда поддержим. У тебя есть работа. Родители будут безумно рады внукам, пусть и от иностранца. Ребенок это не беда. Да, они не всегда ожидаемы, но такова наша не идеальная жизнь.

— Этот ребенок должен быть вашим, — констатировала Анна.

Люция улыбнулась.

— У нас будут свои в свое время. Да, по статусу и возрасту ты права. Но похоже ты опередила, — Люция засветилась счастьем. — Все, бери себя в руки. Встань на учет, обследование пройди. Позже сообщим родителям, ну и счастливому папаше.

— Джафар меня возненавидит, — понурила голову Анна. — Мы переспали в ночь вашей свадьбы. И да, были слегка пьяны и безумны. Он такой красивый и неприступный. Все время так со мною держался, как с глупой малолеткой, как со своей студенткой. А я хотела доказать, что взрослая женщина.

— Ну-ну, доказала?

Анна лишь кивнула головой.

— Люц, я правда его боюсь. И Селима тоже. Он никогда так не говорил со мною.

— Ты же знаешь насколько он религиозен и его отношение к детям.

— Вы что же будете всех рожать, кого зачнете? — выпучила свои лягушачьи глаза Анна.

— Посмотрим. Пока еще ни одного нет. Но мы и не стараемся. Нам нужно сначала разобраться с работой.

* * *

— Джафар, салам, есть разговор, — Селим решил не откладывать в долгий ящик семейную новость.

Они перешли на тюркский язык.

— Салам, дружище. Как семейная жизнь? — радостно приветствовал друг, не помышляя о предстоящем изменении в его личной жизни.

— В моей все прекрасно. Притираемся, пытаемся найти решение с трудовой деятельностью. Мне надо либо начинать в России открывать свое дело, либо возвращаться на Родину. Но Люция не особо жаждет переезд, да и мне здесь нравится. Но разговор сейчас не о нас.

Пауза. Джафар напрягся.

— Что-то случилось?

— Можно сказать и так. Скажи-ка, Джафар, ты переспал с сестрой Люции?

— Селим, ты, конечно, мне друг, но такие личные вещи я обсуждать с тобою не намерен.

— Тариев, не зли меня. Если бы я был в Сумгаите, дал бы тебе в нос.

Тишина на том конце. Потом Джафар заговорил.

— Все произошло по согласию. Анна совершеннолетняя.

Он, естественно умолчал, что девушка сама пришла к нему ночью, когда он крепко спал. Но отказаться не смог. И жалеть не жалел. И подступится к ней после не получилось, так и отпустил Анну, не поговорив о произошедшем. А теперь о той ночи узнали ее родственники. Может и к лучшему, наконец они обсудят произошедшее и что им делать дальше. Но то, что звонил Селим вдруг напрягло. С чего вдруг?