Книга В стране цветущего граната, страница 37 – Люсинда Миллер

— Ты настоящая принцесса — златовласка, юная хасеки* султана. — с восторгом произнесла восточная подруга. — И правильно, что репетируешь в шальвар-камизе, так ты скорее привыкнешь в нем двигаться.

Ее роль и еще трех девушек заключалась в эпизодическом танце, изображающих невольниц принцессы Будур и султанши. Роли играли все бывшие или нынешние студенты выпускного курса Сумгаитского Государственного Университета, бывшего филиала азербайджанского института нефти и химии.

Руководил спектаклем аспирант этого института и по совместительству играющий роль магрибского колдуна.

— Что делает здесь кандидат наук? — удивленно спросила Люция Мирель.

— Хобби у него такое, несбывшаяся мечта, скрытый талант.

— Ему лет тридцать, наверное.

— Кажется больше, но как он себя отдает роли, ты только посмотри: волевое лицо, суровый взгляд, выработанное тренировками тело, так не соответствующее его образованию, но так идеально вписывающегося в сценарий.

Роль Люции занимала от силы десять минут во всем спектакле и она большую часть времени должна простоять за кулисами. А сейчас сидела за барной стойкой, попивая сок со льдом, слушая монологи студентов и наслаждаясь актерской игрой. Восточная мелодия сменялась одна другой, приглушенный свет светильников бара, яркие костюмы глубоко впечатлили девушку. Душа пела от восторга. Где-то на задворках сознания, она понимала что Селим не одобрит ее актерского поползновения. И даже знала причину. Из-за ее внешности и откровенного костюма. Он хоть и не признавался, но ревновал ее к вниманию чужих мужчин. И если репетицию можно было пережить, то выступление на широкую публику еще неизвестно к чему приведет. Но славянская девушка не была бы ею, если бы отказала себе в удовольствии сыграть свою скромную роль.

Она пропустила момент, когда обстановка поменялась и что-то назойливое едва ощутимое прилипло к телу: чей-то пристальный взгляд. Вот вроде все мирно, дружно, никто не переходит черту, актерская шутливая обстановка и вдруг что-то вклинилось. Люция оглянулась по сторонам в поисках источника нервозности и нашла. Он только что зашел в клуб и стоял поодаль, не сводя с нее адово темных глаз, точно смола, тягучих и липких. Люция отвернулась, пульс участился. Она его узнала. Рауль. Тот парень, что приглашал ее на первый танец в ресторане и давал понять, что неровно к ней дышит. “ Откуда этот чёрт здесь? И зачем мне выпало сие несчастье видеть его?! ” Косым взглядом уловила, как тот вольготно себя ведет в обстановке клуба и тут дошло, что он либо очень близок к владельцу, либо сам имеет прямое отношение к заведению. Вот он приблизился к стойке бара, перекрыв проход и подтянув к себе высокий табурет, уверенно уселся на него.

— Салам валейкум boyuk memeli*! — обратился мужчина, вязко произнося приветствие, при этом не упуская деталей ее костюма, неотрывно рассматривая очертания фигуры под ним.

Люция смутилась этой дерзости. Но вскакивать и убегать, признавая как обескуражена, тоже не хотела.

— Насмотрелся? — вызывающе спросила.

— Хм, а ты смелая, я люблю таких. И дышишь вся сексом! Как тебя вообще Селим отпустил сюда? — обвел зал взглядом и припечатал к стулу. — В это гнездо разврата!?

Люция опешила от такой грубости. А оправдываться перед ним и говорить причину своего присутствия здесь не собиралась. Демонстративно отвернулась, максимально отодвинувшись, устремила взгляд на подиум. Репетиция подходила к концу. Она молила, чтобы эта темная личность потеряла к ней интерес и отвлеклась бы на других. Не тут-то было. Рауль встал со стула и приблизился почти вплотную, облокотившись одной рукой о спинку ее стула, второй о столешницу, положив ладонь рядом с ее, в которой находился стакан. Люция не среагировала.