Книга Девочка бандита, страница 38 – Мила Дрим

Я перевела взор на принесенный ужин.

Большой горкой, на красивой тарелке, лежали пышные оладья. Словно румяные солнышки, они ждали, когда их попробуют. Чуть подальше в пиалах красовались разные варенья, а еще — белая сгущенка и сметана.

На отдельных тарелках была жареная картошка. Ровные брусочки с поджаренными краешками выглядели так аппетитно!

Но это был не весь ужин. В небольших чашечках-тарелочках было какое-то блюдо, название которого я не знала. С одной стороны, вид его чем-то напоминал кекс, с другой, он пах иначе. Вспоминая два месяца учебы, я пыталась отыскать название того, что было в этой странной емкости-чашке.

Но, кажется, это мы еще не проходили.

Так невовремя в голове завертелась песенка.

«Тили-тили, трали-вали, это мы не проходили, это нам не задавали»…

— Что это? — не сдержавшись, полюбопытствовала я.

— Это? — Искандер подвинул поближе чашечки-горшочки. — Это — жюльен. Курица, картошка, грибы, сыр и, вроде, соус. Здесь это блюдо — одно из самых удачных. Попробуй, может, понравится. Не понравится, я сам доем.

Я удивилась. Вот уж не думала, что такой мужчина, как Искандер, может просто «доесть» за кем-то.

Подхватив вилку, я дождалась, когда Искандер приступит к ужину, а потом и сама начала есть.

Жюльен показался мне вкусным. Нежный соус и грибы придавали ему изюминку. Но, правда, доедать я не стала. Куда больше меня интересовала картошка. И оладья.

Отодвинув в сторону недоеденный жюльен, я обратила все свое внимание на тарелку с жареной картошкой. Вот тут меня было не остановить! Мне даже показалось, что порция получилась слишком маленькой…

— Брат, — как-то внезапно у нашего столика показался Амин.

Сверкнув улыбкой, он продолжил:

— Мы уезжаем. Дела кое-какие появились. Вы с нами, или?

Амин многозначительно посмотрел в мою сторону.

— Или, — Искандер обнял меня за плечи, — у нас с Лизой свои дела.

Когда машина остановилась во дворе, я почувствовала, как напряжение, до этого блуждавшее во мне, теперь достигло своего пика.

Сдавив мне грудь, оно беспрепятственно проникало в сердце, отчего то замирало, то ускоряло свой ход — и так, по кругу.

Для напряжения имелись свои, веские причины.

«У нас с Лизой свои дела».

Слова Искандера пульсировали во мне весь оставшийся вечер, и хотя мы не возвращались к обсуждению этой темы, я догадывалась, что скрывалось за ними.

Господи…

Как мне быть? Столько чувств плескалось сейчас во мне! Волнение, страх, надежда…

Дверь сбоку распахнулась, и холодный, влажный воздух обжег мне лицо. Я выбралась наружу, и меня тотчас охватила дрожь.

Стараясь не показывать виду, я даже сумела улыбнуться Искандеру, когда он придержал для меня дверь в подъезд.

Внутри царила полутьма. Свет ламп, льющихся с верхних этажей, мягко освещал ступени. Обогнав меня, Искандер начал подниматься первым. Обернувшись, он протянул мне ладонь. Я, не раздумывая, ухватилась за неё, и в тот миг, когда мужские пальцы сомкнулись на моей руке, я поняла, что прямо сейчас сделала свой выбор.

Как на одном духу, мы поднялись на последний, пятый этаж. Звук проворачиваемого ключа в замочной скважине слышался так, словно его проворачивали в моей голове.

Искандер потянул дверь и кивком головы велел мне пройти.

Я подчинилась. Шагнула, дверь захлопнулась, и следом я ощутила тяжелые ладони на своих плечах.