Книга Призрак, страница 58 – Мила Дрим

Осознание собственной вины легло тяжелым грузом на душу пленницы. Леа всхлипнула, глядя на мужественное лицо Айомхара. Не промолчи тогда она, призрак был бы мертв, а ее жизнь не изменилась…

Сердце девушки дрогнуло на слове «мертв». С болезненным осознанием и одновременно облегчением, Леа поняла — она не желала смерти Айомхару. Мало того, ненависть, которая должна была вспыхнуть в ее груди, так и не появилась. Страх, волнение, смятение, интерес, смущение и теперь даже радость — вот что вызывал этот воинственный мужчина. Но не ненависть. Возможно, правильнее было ненавидеть Айомхара, презирать и проклинать. Но Леа не могла заставить себя это чувствовать. Сердцу ведь невозможно приказать — все доводы разума проигрывают рядом с его силой.

Девушка тяжело вздохнула, принимая случившееся — и ее вздох разбудил Айомхара. Он резко распахнул глаза, и янтарное пламя тут же обожгло Лею. Взгляд, пронзительный, целеустремленный, полный силы, прошелся по лицу пленницы. Леа покрылась мурашками, и удивилась — все люди после сна обычно сонные, вялые, но не этот мужчина. Только что пробудившейся, он источал энергию, она, как какие-то невидимые волны, улавливалась девушкой и словно наполнила собой воздух.

Айомхар задумчиво смотрел на Лею — это была его первая женщина, с кем он провел ночь. Всегда, за все свои тридцать три года он уходил или прогонял любовницу. Чужое тело мешало ему спать и просто отдыхать — своим дыханием, своим запахом. Но в этот раз все изменилось. После того, как мужчина обнаружил свою пленницу в библиотеке, он, подхватив девушку, понес ее в спальную комнату, горя невероятно сильным желанием овладеть телом Леи. Пока воин нес пленницу, на пути ему то и дело попадались испуганные, кричащие от ужаса служанки — еще бы, им приходилось впервые видеть Айомхара в таком боевом виде — с головы до ног он был зачернен сажей. Не удосужившись смыть ее после боя, мужчина прямиком направился в свой замок — под испуганные вопли прислуги он методично искал девушку. На какой-то миг ему даже показалось, что Леа сбежала, и что-то горькое, колкое зашевелилось в его груди, раздражая и требуя успокоения или подтверждения этой мысли.

И оно, успокоение, пришло — стоило только Айомхару обнаружить его маленькую пленницу, в пыльном платье, уснувшей прямо на полу. Она и не думала убегать.

Один лишь взгляд на нее: на мягкое, женственное тело, на прекрасное лицо, источавшее красоту и жизнь — и желание горячей волной окутало воина, приводя его к решительным действиям. Он страстно захотел окунуться во все это прекрасное, чтобы отогнать картину ночной кровавой резни. Сейчас Айомхар жаждал жизни, а не смерти.

Поцелуй девушки был такой невинный, полный нежности, словно она коснулась своими губами его бесстрашного сердца. В эту ночь призрак, удивляясь самому себе, упивался Леей — целовал и не торопился, и делал это — каждый раз наслаждаясь — поцелуем ли, прикосновением или просто взглядом. Оказывается, неспешная близость могла приносить значительно больше удовольствие, чем быстрое овладение. Лишь теперь он начал понимать это, действуя, не как раньше.

После, оба перепачканные, искупались. Слуги, испуганно переглядывавшиеся меж собой, принесли огромную лохань, наполненную чистой водой. Леа, завернутая с головы до ног в покрывало, смеющимися глазами наблюдала за ними — прежде чем уйти, служанки пару раз бросили на нее взгляды — дабы убедиться, что с ней все в порядке. И с девушкой действительно было все в порядке — она была полна радости и воодушевления — потому что близость с Айомхаром принесла ей наслаждение и чувство безопасности.