Книга Маленькая жена, страница 55 – Мила Дрим

— Послушай, - мужчина чуть улыбнулся и провел подушечкой большого пальца по бровям жены, - ты такая красивая в этом наряде. Твоя кожа так и светится и просит моих поцелуев.

Александр легонько поцеловал Кассию в ключицу. Казалось, девушка перестала дышать. В груди разгорался чувственный пожар, и он, смешиваясь со страхом, почти парализовал Кассию. Единственное, что она  еще могла – это смотреть на мужа. Мужчина сел рядом с женой, бережно обнимая ее за плечи. Он, улыбаясь, произнес:

— Я не буду делать того, что ты не хочешь, Кассия.

Девушка, взмахнув ресницами, сначала отвела взор в сторону, а потом посмотрела на мужа. В ее золотисто-карих глазах застыло непонимание.

— Ты ждала меня достаточно долго, поэтому и я готов подождать, когда ты будешь готова к тому, чтобы в полном смысле стать мой женой, - догадываясь, как непросто ему придется, и все же намереваясь сдержать свое слово, заявил Александр.

Его слова удивили Кассию. Она, пораженная, смотрела на мужчину. Не ослышалась ли она? Не шутка ли это?

— Почему? – слетело с ее губ.

Александр провел ладонью по распущенным волосам жены – гладкие, блестящие, касаться их было чистым удовольствием.

— Потому, - начал он, перебирая пальцами шелковистые пряди девушки, - что я не хочу, чтобы это было против твоей воли. У меня было время подумать, и я пришел к выводу, что, прежде чем мы займемся физической близостью, для начала нам стоит сблизиться духовно.

Кассию ошеломил ответ мужа. Она и подумать не могла, что мужчины способны на такое. Хоть девушка и оставалась невинной и воспитывалась строго, ей довелось услышать немало историй, в которых благородные рыцари со своими женами и слугами вели себя совсем неблагородно.

— Ты говоришь это серьезно? – сомневающимся тоном поинтересовалась Кассия.

Ее сомнения не вызвали раздражения у Александра, а лишь утвердили его в мысли, как еще много ему предстоит сделать, чтобы жена научилась доверять ему.

— О таких вещах не шутят, - мужчина сжал левую ладонь девушки – не сильно, чтобы не причинить вреда, но так, чтобы Кассия ощутила его решительность.

Его слова показались девушки верхом благородства, и Кассия готова была воспрянуть духом, но тут же, ядовитая догадка больно ужалила ее в сердце. Стало столь больно и горько, что девушка, не выдержав, выдохнула:

— Ясно, - ее губы изогнулись в грустной улыбке, - я, кажется, поняла. Пока я буду привыкать к тебе, ты не будешь страдать от воздержания. Снова найдешь себе какую-нибудь хорошенькую служанку. Интересно, в этот раз, не забеременеет ли она от тебя?

Их взгляды снова встретились…

Глаза Александра стали совсем темными, и на короткий миг, Кассии даже показалось, что он ударит ее. Эта мысль сама пришла к ней в голову, напоминая девушке, что ее муж -  не какой-нибудь обыкновенный человек, а тот самый нормандский палач, получивший это прозвище далеко не за милосердные поступки. Но было слишком поздно – вылетевших слов невозможно вернуть, хотя, впрочем, Кассия не сожалела о том, что сказала. Будь что будет. Это лучше, чем носить это в себе.

— Нет, - ровным голосом начал Александр, не сводя пронзительного взора с жены, - я не это имел в виду. Ты не о том подумала.

Кассии, у которой в сердце снова жгла обида, показалось, что муж произнес это снисходительным тоном. Ей всего лишь показалось – потому что голос мужчины был всего-навсего спокойным, но девушка уже больно заделась. Быть может, кто-то, глядя на Кассию со стороны, назвал бы ее чрезмерно эмоциональной или истеричной, но трудно постоянно сдерживать себя, когда на сердце такая рана, что даже время не способно было затянуть ее. Один намек на прошлое, догадка или домысел, и рана снова начинает кровоточить, принося боль.