Книга Лига Теней, страница 3 – Мила Дрим

Единственное, что ей нравилось в себе – цвет волос. Светло-медовый блонд прекрасно оттенял её алебастровую кожу и странное, отличающееся от общепринятых канонов красоты, формы лицо. И, пожалуй, глаза. Необычайного оттенка, который мог меняться – в зависимости от настроения хозяйки – и становиться то пронзительно бирюзовым, то безмятежным, как море в погожий денек – аквамариновым.

Встав под потоки воды, Ангелина закрыла глаза. Игнорируя противный аромат хлорки, девушка мысленно представляла, что находится где-то в другом месте. Например – под водопадом. Конечно, верно, в её возрасте поздновато было предаваться мечтаниям, но по-другому она не могла.

Наспех искупавшись, Ангелина переоделась в домашнюю одежду – штаны и растянутую футболку, и направилась прямиком в свою комнату. Правда, отгороженный фанерной стеной участок спальни, сложно было назвать своей комнатой. Но хоть какое-то личное пространство, в котором помещался узкий, местами продавленный диван, расположенный прямо у окна и стол, заставленный книгами и тетрадями. Как и Олег, Ангелина предпочитала читать.

За окном уже стемнело. Ощущая тревожное чувство, которое каждый раз появлялось с наступлением темноты, Ангелина задвинула шторы. Прислушалась. Нет. Никто еще не приехал. Минуты, а может, еще час такого зыбкого, спокойствия, у неё был.

— Ангелина! Я нашел мульт! – донесся радостный голос Олега. Было ясно, что брат хотел угодить сестре.

— Бегу! – бросила настороженный взгляд на плотно задвинутые шторы, еле заметно колыхавшиеся от ветра. Замерла на долю секунды. А потом, часто-часто заморгав, скинула с себя пелену, и поспешила в соседнюю комнату.

Олег уже сидел в компании младших сестер.

— Садись, – Настя подала сестре бокал с кофе, подвинулась и похлопала по освободившемуся месту.

— Уже, – Ангелина втиснулась между Настей и Ксенией. – Давай, включай, Олежка!

Брат только и ждал её слов. Щелкнул мышкой, и на экране замелькали картинки, и проникновенное пение наполнило комнату.

«Холодное сердце», – повторили губы Ангелины. Она, ощущая себя маленькой девочкой, с волнением окунулась в историю, которая не могла оставить равнодушной ни её, ни Ксению с Настей, ни даже Олега. Ведь всех их связывало одно – потеря своих родителей.

Когда пронзительная песня: «Отпусти и забудь» зазвучала с монитора компьютера, из глаз Ангелины потекли горячие слезы. Ах, как многое бы она хотела забыть! И не просто отпустить, а избавиться!

И словно, как нарочно, в замочной скважине послышался звук проворачиваемых ключей…

Ангелина поднялась на ноги. Ощущая подкатывающую дурноту, она медленно пошла в сторону шума.

— Ангелина, дочка! – худосочная женщина, лицо которой было изборождено тонкими, словно паутинка, морщинками, окинула девушку взглядом голубых глаз.

— Здравствуй, – Ангелина робко улыбнулась в ответ. Скользнула взглядом по невысокой фигуре опекунши, пытаясь понять, одна ли она пришла.

— Отца ищешь? – женщина одарила девушку усталой улыбкой. – Он во дворе с соседями разговаривает.

Опекунша поправила платок на голове. Приговаривая молитву, прошла на кухню. Ангелина, словно тень, пошла за ней следом. Она никогда не называла приемных родителей мамой и папой. Язык не поворачивался. Её родители… они были у неё. А это были другие люди.