Книга Золотая орда, страница 91 – Мила Дрим

За всеми этими размышлениями, я не сразу поняла, как бмв остановился. Я удивленно посмотрела на Тимура.

— Приехали?

— Да, – он чувственно улыбнулся, и мое сердце вмиг сладко затрепетало. Боже мой, я окончательно была очарована Тимуром. Глупый мотылек, летящий прямо в пламя. Но ведь могло быть и по-другому…

Тимур распахнул дверь бмв и я, только высунув голову, замерла на месте – мой взгляд примагнитился к самому красивому архитектурному строению, которое я видела вживую – в нескольких метрах, купаясь в лучах солнца, сияя своим чистым великолепием, возвышалась мечеть Кул Шариф.

— Господи, как красиво, – выдохнула я, вылезая из машины, с восторгом глядя на мечеть. Затем, ощутив, как Тимур властно сжал мои прохладные пальчики, я перевела взор на него.

— Кстати, хотел спросить тебя – ты выйдешь за меня замуж? – произнес он.

Мое горло сдавило от волнения. Во рту все пересохло, а мои глаза, против моей воли, как впрочем, и всегда, увлажнились – от подступивших слез. Пальцы Тимура сильнее сжали мои пальчики. Я ошеломленно смотрела на его мужественное, сосредоточенное лицо. Он даже не улыбался. Глаза его впились в меня властным, выжидающим взглядом.

Наконец, шок по-тихоньку стал покидать меня. Тимур сделал мне предложение. Он хочет, чтобы я стала его женой. Не любовницей, не подружкой, а ЖЕНОЙ. Я знала, что, давая согласие, я соглашаюсь на кардинальные перемены в своей жизни – и неизвестно готова ли была я к ним.

Но к чему я точно теперь была не готова – это жизни без Тимура. Поэтому, я, посмотрев в его потемневшие глаза, честно ответила:

— Да, я выйду за тебя, Тимур.

Его хватка стала чуть слабее, а уголки губ приподнялись в сдержанной улыбке. Ни слова не говоря, он повел меня внутрь мечети Кул Шариф. Сразу две моих мечты стало осуществляться. И я, делая шаги, не переставала благодарить Создателя за Его щедрость. Красивые двери распахнулись под властной рукой Тимура – и у входа, я прочла, что женщины при входе в мечеть, должны одевать на голову платок. Я покраснела – у меня его не было.

К счастью, сегодняшний день был полон хороших, добрых людей, а мечеть – отчего-то не переполнена народом. Тимур подвел меня к бабушке, что сидела почти у самого входа. Он что-то сказал этой старушке, на голове которой был темно-зеленый платок с золотистой вышивкой. Она бросила на меня задумчивый взгляд, потом кивнула головой.

— Я скоро, – шепнул Тимур, проходя дальше, в мечеть.

Старушка, ласково орудуя своими маленькими, сухонькими ручками, повязала на мою голову красивый, белоснежный платок. Она делала это с такой любовью, что на миг, мне почудилось, что она – родной человек для меня. Бабушка, заканчивая поправлять на мне платок, вздохнула:

— Эй, матур кызым, бандитга ведь чегасэн (татар. – красивая дочка, за бандита ведь выходишь), Алла, что делается (Господь, Аллах, что делается).

Я дословно поняла ее слова, но, кроме слов благодарности, ничего более не ответила ей. В этот момент вернулся Тимур, поблагодарив старушку и дав ей садака, он повел меня дальше, в мечеть. Естественно, мы предварительно, у входа, разулись, и теперь ступали по мягкому, красивому ковру, устилавшему весь пол.

Как же здесь было красиво! Много света, много воздуха! Мое сердце просто затрепетало от восторга, потому что, мечеть оказалась еще красивее, чем снаружи. Я шла медленно, впитывая в себя это изящное совершенство. Тимур чуть сильнее сжал мои пальцы, и мы, свернув, спустились вниз.