Книга Золотая орда, страница 37 – Мила Дрим

— Что касаемо университета – уверен, будь все там устроено честным образом, ты поступила бы без моей поддержки, но я буду искренен – мне приятно, что я приложил к этому руку, – Тимур усмехнулся, глядя на моего любимого, белого медвежонка, который был у меня с 6 лет. Это была потрепанная, затисканная мной игрушка, которой впитала немало моих слез. Мужчина легонько коснулся мордочки медвежонка, затем продолжил:

— А на счет этого отродья, я особенно рад, что оказался в нужное время в нужном месте. Поверь, я получил немало удовольствия, разрезая ему щеку.

Тимур замолчал, выразительно глядя на меня. Будто в его глазах застыли невысказанные слова: «я сделал это для тебя, и сделаю еще, если понадобится». Я слабо улыбнулась и подошла к Тимуру, говоря:

— Спасибо. Меня никто никогда не защищал.

Мужчина опустил взор вниз, разглядывая мою грудь. Я обняла себя за плечи, смущаясь. Тимур поднял на меня потяжелевший взор, обещая:

— Теперь у тебя есть я. И, поверь, я сумею тебя защитить.

— Спасибо, – еле слышно, пораженная долгожданным обещанием, которое я ждала всю жизнь, сказала я. На миг, я сомкнула веки, пытаясь отогнать слезы. Открыв глаза, я обнаружила, что Тимур нашел мой детский фотоальбом и с интересом рассматривает его.

Я залюбовалась Тимуром – он был такой красивый, одетый со вкусом, он выглядел, как человек с другого мира – успешного, богатого. А вокруг него были старые стены, облупившийся потолок, обшарпанная, почти древняя мебель, и отсутствие хорошего ремонта. Такие, как Тимур, наверняка, жили в шикарных квартирах, и привыкли к слову «роскошь». Но, несмотря на мою чрезвычайно скромную комнату, мне не было стыдно за это. Я не выбирала, в какой семье родиться, к тому же, богатство – это не показатель благополучия. Это была моя жизнь и мой мир. Другой я не знала.

— Ты была очаровательным ребенком, – заметил он, возвращая альбом с фотографиями на место.

Я улыбнулась – будто только что меня признали мисс Мира. Тем временем, Тимур произнес:

— У тебя ведь было день рождения? 18 лет, – он задумчиво улыбнулся, – собирайся, и в этот раз ты сядешь в машину.

Я, в радостном возбуждении, округлила глаза.

— Давай, давай, – не сводя с меня взора, сказал Тимур.

Я ринулась к шкафу, выхватывая оттуда охапку вещей и совершенно случайно роняя в шаге от Тимура свой новый белоснежный бюстгальтер. Я покраснела, когда мужчина наклонился, поднял эту интимную вещь и протянул мне со словами:

— Вижу, ты решила подготовиться.

Я вспыхнула и отрицательно, не в силах ответить, покачала головой, а потом – поспешила в ванную комнату. «Боже, что я творю», – проносилось у меня в голове, пока я переодевалась. Надо ли говорить, что у меня все валилось из рук? Наконец, спустя 10 минут, я вышла, одетая в чуть расклешенные, черные брюки и такого же цвета водолазку, из ванны. Я прямиком направилась на кухню и, подхватив букет розовых роз, без сожаления выкинула их в мусорное ведро. Обернувшись, я увидела стоящего у двери Тимура. Его полные губы изогнулись в самодовольной улыбке.

— Поехали, красивая, кататься, – произнес он.

Мы вышли на улицу, держась за руки, как влюбленные. Удивительно. Увидь меня мама тогда – у нее, вероятно, случился бы шок. Я, примерная, милая девочка, шла за руку с человеком не самой лучшей репутации – впрочем, о репутации Тимура мне еще предстояло узнать. Только смогу ли я это переварить? К счастью, мама была в гостях, а еще – ни одна соседка-сплетница не попалась нам на пути. Тимур, уверенным шагом направился к припаркованному неподалеку черному бмв – купе. Он сменил авто? Будто слыша мои внутренние размышления, Тимур, снял машину с сигнализации и галантно открыл для меня дверь в бмв. Я замерла в нерешительности. Во-первых, мне никогда никто не открывал дверь, во-вторых, я никогда не садилась вот так, в чужую машину. Тем более такую машину. Она была шикарна для нашего города. И, последнее, я понятия не имела, куда меня повезут. Я стояла, нервничая, словно невеста, во время церемонии бракосочетания.