Книга Золотая орда, страница 33 – Мила Дрим

Песня еще не успела закончиться, а я – напеться всласть, как в дверь позвонили. Это было так неожиданно, что я даже подпрыгнула на месте. Кто это мог быть? Я ведь никого не ждала и не особого хотела видеть. Я замерла, размышляя, как поступить и тут же, следом раздался телефонный звонок. Я поднесла трубку к уху и взволнованным голосом произнесла:

— Алло?

— Открывай, – послышался бархатистый, глубокий, мужской голос.

Я, пронзенная услышанным, потрясенная, взволнованная и словно в бреду, поспешила к входной двери. Мои пальцы дрожали, когда я неумело, словно разучившись это делать, открывала замок. Мое сердце отбивало безумный, бешеный ритм, оглушая, опьяняя, разливая горячую кровь по моему телу, когда я слабой рукой потянула дверь на себя. Мое дыхание прервалось, когда я увидела на пороге Тимура.

— Привет, – дрогнули его полные губы, а в глазах вспыхнуло пламя.

— Привет, – будто из глубины колодца, ответила я, не сводя глаз, как зачарованная, с мужчины. Он был в кожаной куртке, джинсах и туфлях. Вся его поза выражала расслабленное состояние, но я знала – передо мной стоит самый опасный хищник. На лице, с привычной щетиной, особо выделялись глаза – магнетические, властные.

— Пригласишь зайти или тут пообщаемся? – насмешливым тоном вопросил Тимур.

Я, будто проснувшись, отошла в сторону, пропуская его со словами:

— Да, да, конечно.

Его не нужно было приглашать дважды. Мужчина шагнул в квартиру, сам закрывая дверь. Я, прижавшись спиной к стене, молча, наблюдала за ним, с восторгом втягивая в себя знакомый аромат, который он принес с собой – мускуса, горько-сладкого, опасного. Эксклюзивный аромат Тимура. Он, меж тем, разулся, аккуратно ставя свои элегантные туфли в сторону. А вот куртку снимать не стал. Интересно, это потому, что он прячет под ней ствол? Или просто зашел ненадолго?

Тимур обернулся, выразительно глядя на меня – его взор прошелся по моему лицу, на котором не было и грамма косметики, затем лениво спустился по моей обнаженной шее, отчего кожа на ней стала покалывать, после – задержался на моей груди, спрятанной за простой майкой, и я с ужасом поняла, что на мне нет бюстгальтера. Я резко подняла руки, неосознанно, в защитной позе, скрещивая их на груди. Но было поздно – потому, что глаза Тимура вмиг потемнели, а лицо приобрело какое-то странное, непонятное мне выражение.

— Проходи, – произнесла я, спешно обходя его и направляясь на кухню. Я, сама того не понимая, бежала от его откровенного взгляда. Не оборачиваясь, я как бы невзначай спросила:

— Чайник поставлю?

И хотя я говорила вроде бы спокойно, внутри меня бились тысячи птиц – волнение, радость, воодушевление, надежда и страх. Но не успела я, и сделать более трех шагов, как сильнее руки настигли меня, обхватив за талию стальным кольцом. Тимур развернул меня к себе лицом, а затем, раздался его властный голос:

— Мы с тобой еще не поздоровались, Камила.

И его губы – горячие, напористые – накрыли мои губы, одаривая меня голодным поцелуем.

Моя голова закружилась, а тело наполнилось приятной, томительной слабостью. Я отдала свои губы на растерзание Тимуру – он целовал, сминая их, будто он, испытывая сильную жажду, пил из моего рта. Я осмелилась положить свои ладони на его плечи, тут же ощущая, как напряглись мускулы Тимура под прохладной кожей куртки. Его правая рука, отцепившись от моей талии, потянулась вверх, обхватывая меня за затылок. Теплые пальцы, в которых ощущалась сила, начали массировать мне голову, и я почувствовала, как мой разум, а после – и мое тело, становятся пьяными. Эти ощущения были новыми для меня, неизведанными, и потому я испугалась их. Видимо, Тимур почувствовал это и, наконец, ослабил свое давление. Его губы не сразу, но постепенно, начали замедляться, и вот поцелуй закончился, но одурманенное состояние все еще было со мной, когда мужчина произнес: