Книга Золотая орда, страница 101 – Мила Дрим

— Это не последняя ночь, когда я буду отсутствовать, – он скользнул губами по моему подбородку.

— Тимур, – я, сейчас такая смелая под его сильным телом, подошла к той самой черте.

— Да? – он чуть приподнял брови, ожидая моего вопроса.

Смелее, Камила. Невозможно всю жизнь жить в страхе и предположениях.

— Тимур, мне не дают покоя мысли, что ты там, с другой, с другими женщинами, – ощущая горечь на языке, выдохнула я.

Он нахмурился и прошелся взглядом по моим губам, а после – вновь посмотрел прямо в глаза.

— Я правильно понял тебя, что ты предполагаешь, что я уехал, чтобы изменить тебе? – спокойным, слишком спокойным тоном вопросил Тимур.

— Я не хочу так думать, Тимур, но эти мысли так и лезут в мою голову, – прошептала я.

Тимур качнул головой, словно понимая, о чем я говорю. Как он мог понять меня, если не был на моем месте и не чувствовал того, что я? Или… я не успела закончить мысль, как Тимур произнес:

— Я скажу тебе в первый и последний раз, и я очень хочу, чтобы ты запомнила мои слова. Камила, я не для того взял тебя в жены, совершил с тобой никах, создал семью, чтобы потом предавать. Я уже не молоденький парнишка, который бегает от одной юбке к другой, чтобы самоутвердиться и получить очередное удовлетворение плоти. Я – взрослый мужчина, и, делая тебя своей женой, я осознанно подошел к этому. Поэтому, джаным, гони эти мысли прочь. Есть ты, есть я. Точка.

Мои глаза защипало от слез, а в груди я ощутила, словно распахнулась клетка – и тысячи счастливых птиц вылетели на свободу. Я была счастлива. Я прильнула к Тимуру в благодарном поцелуе – и любовь к нему, яркая, сильная, заполнила мое сердце до предела, а затем, растекаясь с кровью, понеслась к каждой клеточке моего тела.

— Ну, что ты плачешь, джаным, – зашептал мне на ухо Тимур, прежде, чем начать ласкать меня. Он поцеловал меня в горло, руки же его, обжигая, умело забрались под сорочку. Я тут же, отозвалась на его прикосновения – обняла за шею и поцеловала его в колючую щеку. Он приглушенно засмеялся – и по моей коже побежали мурашки. Даже смех Тимура волновал-возбуждал меня, что говорить о нем самом? И меня нисколько не смущал тот факт, что местом для нашего занятия любовью стал диван. Наверное, завтра – когда на него сядут гости, мне станет стыдно. Но не сейчас. Об этом ли думать, когда твой единственный мужчина практически поклялся в своей верности?

Я проснулась от телефонного звонка.

— Да? – прорычал у меня над головой Тимур.

— Время – 9, и ты хочешь, чтобы я был добр? Нет, братишка, я хочу отдохнуть. В порядке. Да! После обеда, все, отбой, – Тимур почти швырнул телефон и переключил свое внимание на меня, скользя взглядом по моему сонному лицу.

— Тебе нужно ехать? – догадалась я, елозя на месте – я устала лежать на левом плече, у спинки дивана, но я не хотела уходить из объятий мужа. Он, заметив это, крепче сжал меня.

— Нужно, но не сейчас, – Тимур окинул меня голодным взглядом, и я, смущенно улыбаясь, уткнулась носом ему в плечо. Мне все еще было непросто чувствовать себя раскрепощенной – прошло слишком мало времени, и я только училась интимной жизни, по большей части пока оставаясь скованной.

Тимур поцеловал меня в ключицу – и его губы тут же обожгли мою особо чувствительную в этом местечке кожу. Я шумно вздохнула, но продолжала прижиматься носом к плечу мужа.