Книга Семь слонов, страница 32 – Игорь Патанин

Что-то в голосе и движениях медсестры показалось Софье неправильным. Она напряглась, пытаясь разглядеть лицо за маской. Медсестра включила маленький фонарик и направила свет на приборы, стоящие рядом с кроватью. Она избегала смотреть Софье в глаза.

— Вы новенькая? — спросила девочка, чувствуя, как её сердце начинает биться чаще. — Я вас раньше не видела.

— Я из ночной смены, — женщина проверяла показания монитора, записывая что-то в планшет. — Лежите спокойно, это не займёт много времени.

В этот момент свет фонарика скользнул по лицу «медсестры», и Софья увидела глаза. Эти глаза она не могла забыть — холодные, оценивающие, наблюдающие. Глаза Игоря Соколова.

Паника подступила к горлу. Софья попыталась нащупать кнопку вызова медперсонала, но она была слишком далеко. «Медсестра» заметила её движение и резко схватила за руку.

— Не стоит, — голос изменился, став жёстче. — Будет только хуже.

— Мама! — крикнула Софья, пытаясь разбудить мать.

Елена Андреевна вздрогнула и открыла глаза, сонно озираясь.

— Что? Софья, что случилось?

— Это не медсестра! Это…

Соколов действовал молниеносно. Одной рукой он зажал Софье рот, другой достал из кармана формы шприц.

— Спокойно, дамы, — его голос утратил женские интонации. — Никто не пострадает, если вы будете сотрудничать.

Елена Андреевна вскочила с кресла.

— Оставьте её в покое! Помогите! — она бросилась к двери, но Соколов оказался быстрее.

Он перехватил женщину и с силой толкнул её обратно в кресло. Елена Андреевна ударилась головой о стену и на мгновение потеряла ориентацию.

— А теперь послушайте внимательно, — Соколов снял маску, обнажив своё лицо. — У меня очень простое задание. И я собираюсь его выполнить, нравится вам это или нет. Ваша дочь знает слишком много. И у неё слишком хорошая память.

Софья попыталась отодвинуться к стене, но капельница и провода от мониторов ограничивали её движения. Соколов приблизился к ней, держа шприц наготове.

— Ничего личного, Софья. Просто работа. Ты вообще не должна была просыпаться в санатории. Не должна была слышать наш разговор. Не должна была ничего запоминать.

— Пожалуйста, — прошептала Елена Андреевна, пытаясь подняться. — Она же ребёнок…

— Для «Стратега» нет детей или взрослых, — Соколов покачал головой. — Есть только препятствия и инструменты. К сожалению, ваша дочь стала препятствием.

Он наклонился над Софьей, целясь шприцем в вену на её руке. Девочка зажмурилась, ожидая укола, но в этот момент дверь палаты распахнулась. На пороге стоял полицейский в форме.

— Что здесь происходит? — он инстинктивно потянулся к кобуре.

Соколов среагировал мгновенно. Он перевернул прикроватную тумбочку, создав преграду, и бросился к окну. Полицейский выхватил пистолет, но не решился стрелять в тесном пространстве палаты, где могли пострадать Софья и её мать.

Одним движением Соколов открыл окно и выпрыгнул наружу. К счастью, палата находилась на первом этаже. Полицейский подбежал к окну, но преступника уже не было видно — он скрылся в темноте больничного парка.

— Вы в порядке? — он повернулся к перепуганным Софье и Елене Андреевне.

— Да, — дрожащим голосом ответила женщина. — Но он чуть не… он хотел…

— Я понял, — офицер вызвал подкрепление по рации, кратко описав ситуацию. — Оставайтесь здесь. Сейчас придёт настоящая медсестра. А я проверю территорию.