Книга Последний день года, страница 57 – Лена Обухова

Ее взгляд вновь метнулся к нему: удивленный, растерянный, несколько обреченный.

— О каком видео?

— Неважно. О каком-нибудь?

И снова Олеся заметно расслабилась, отвернулась и пожала плечами.

— Нет, не припоминаю такого. Да и когда я могла с ним об этом говорить? Я же почти все время была со всеми. Не считая тех часов, что оставалась одна в комнате. Но, как я уже сказала, ко мне никто не заходил. В том числе и Марк.

— Что вы делали после того, как я ушел замывать джинсы?

Он нарочно задавал вопросы в хаотичном порядке, заставляя ее мысленно перемещаться в разные временные отрезки. Олеся явно успела морально подготовиться к разговору с ним, продумала свой рассказ — простой до безобразия, поэтому только так можно было получить естественные реакции.

— Эм… Ничего. Прибиралась, потом помогала Веронике размещать заготовки в холодильник. Потом Даша вернулась. И Женя. Мы еще что-то успели сделать, хотя Женя все же не стала больше готовить, просто сидела с нами. Потом вы вернулись.

— Кто-то еще заходил на кухню?

— Да. Павел заходил, сразу после Даши пришел. Пить хотел. И Григорий тоже заглянул. Пытался в салат залезть. Мы их выгнали, чтобы не крутились под ногами и не хватали все подряд.

— Вы убирали нож, которым я резал мясо? Может, помыли его?

Олеся задумалась и после продолжительной паузы кивнула.

— Я положила его в мойку и помыла доску, чтобы убрать ее. Нож, наверное, потом Вероника помыла, уже после обеда. Она мыла какие-то ножи, сказала, их только руками можно.

— Вы уверены, что он был среди них? Вы его видели?

Ее брови удивленно скользнули вверх, она мотнула головой.

— Честно говоря, не обратила внимания.

Морозов добавил в ежедневник еще несколько пометок, захлопнул его и улыбнулся.

— Благодарю за содействие. Если еще что-то вспомните, дайте знать.

Олеся рассеянно кивнула. Он встал и направился к двери, уже на пороге как бы невзначай обернулся, чтобы посмотреть на нее. Она так и сидела на кровати, положив руки на бедра, словно приличная ученица в школе. Только судорожно сжатые в кулак пальцы выдавали внутреннее напряжение. Смотрела Олеся куда-то в угол, но, скорее всего, видела что-то свое.

Морозов закрыл дверь и заглянул в соседнюю комнату, вообще-то служившую кабинетом, но сейчас приютившую дополнительного гостя в лице Павла Гордеева. Однако того внутри не оказалось.

Павел обнаружился в гостиной: его выдал звон стекла, когда он наливал в бокал виски, отправившийся на его поиски Морозов сразу услышал это. Очень уж тихо было сейчас во всем доме.

— Почему ты не в своей комнате? — строго спросил у Павла Морозов, входя в гостиную.

Усаживаясь в кресло, тот лишь поднял повыше бокал и лаконично пояснил:

— Нервы не выдерживают. Как глаза закрываю, сразу Марка вижу… с ножом… кровь эту… Но мы же и здесь поговорить можем, правда?

Морозов кивнул и сел на диван, открыл ежедневник и принялся задавать все те же вопросы. Рассказ Павла в целом подтверждал предыдущие показания. После обеда пошел курить, Григорий составил ему компанию, хоть сам и не курит. Вот только, по словам Григория, Павел потом пошел чистить мангал, а сам он заявил, что отправился растапливать баню.

— Нет, мангал я тоже почистил, — спохватился Павел, когда Морозов указал на это несоответствие. — Просто сначала растопкой занялся. Мы договорились заранее, что эта задача будет на мне. А я, когда пошел, сказал Гришке, мол, заодно мангал почищу. Наверное, поэтому и он сказал про мангал.