Книга Сорока и Чайник, страница 139 – Артём Скороходов

— Ого ты замахнулся. Ты скажи, чего надо, так я ему завтра передам.

«Хороший парень, — подумал Фёдор. Лицо чистое и глуповатое. — Может я так же в его возрасте выглядел?»

— Срочное дело. И только ему лично могу рассказать. Где он, не подскажешь?

— Нет, не в курсе, — ответил парень и напряженно посмотрел, не стоит ли за Фёдором кто-то еще. — Не знаю, дядь.

— «Врёт», — выдал свой вердикт Змей.

— Точно уверен? — спросил Фёдор.

— Точно, точно, — парень настороженно глянул в окно. — А тут это… Посторонним запрещено. Так что ты иди, дядь.

— Нельзя? Ой, ужас какой. Извини, сынок. Ухожу, ухожу.

Фёдор повернулся к двери из раздевалки и стал ее дергать в другую сторону. Дверь скрипела и, естественно, не открывалась.

— Тут чего-то не открывается. Заклинило что ли? — расстроенно проскрипел Фёдор.

— Да ты не в ту сторону дергаешь! — попытался объяснить молодой боксер. — Отойди, старый, давай уже открою.

Он отодвинул Фёдора к себе за спину, взялся за дверную ручку и тут же получил по затылку кастетом с надписью «Зима». Сорока аккуратно подхватил оседающего паренька. Уложил его лицом на дощатый пол и наступил коленом на спину, заломив тому руку. Бил он паренька несильно, просто чтобы он потерялся.

— А теперь слушай меня, салага, — прошептал ему на ухо Фёдор. — Сейчас мы тут только вдвоем, и я могу с тобой сделать всё, что угодно, и никто тебе не поможет. Хорошо подумай над этим, а теперь ответь: где Зюйд?

— Дед, ты труп! — прошипел паренек.

Фёдор немного потянул за согнутую руку, парень тут же заскулил.

— Он в банях! В банях! Стой! Хватит! И остальные там!

— Ты почему не с ними? — немного отпуская руку, спросил Сорока.

— Сказали, что молодой еще, рано мне! Отпустите, пожалуйста!

— Считай! Давай! Раз, два! Считай!

— Раз, два, три, — всхлипнул парень.

— Пока не досчитаешь до ста, лежи на полу. Как досчитаешь, вставай и уходи отсюда домой. Не связывайся с этим отребьем, мой тебе совет. Я за тобой слежу. Если пойдешь в сторону бань, то умрёшь. Быстро умрешь. Если останешься с этими бандитами, тоже умрёшь. Если расскажешь им, что ты их сдал, умрёшь уже от их рук.

Фёдор зубами стянул с левой руки перчатку и с легким замахом воткнул черные заостренные пальцы в доски перед лицом паренька. Тот дернулся. Фёдор провел рукой, и на полу остались глубокие царапины.

— Выбор за тобой.

* * *

Заходя в Ликовские бани, Фёдор поправил бандитскую куртку, сделал лицо понаглее. Подошел к служащему и кинул тому на стойку сотенную ассигнацию.

— Малахитовый зал.

Служащий на секунду замешкался. Вид посетителя был очень странный и непривычный. Нормальная куртка, деньги с одной стороны, но ужасно неухоженный вид с другой. Особенно смутил работника медный чайник, который посетитель держал в руке. Фёдор достал золотой брегет, который снял с покойника, раздраженно посмотрел время и докинул еще ассигнацию сверху.

— Быстрее, — капризно произнес он. — И цирюльник пусть подойдет.

Служащий улыбнулся, увидев вторую бумажку, сомнения были отринуты. Он слегка склонил голову:

— Может быть, дополнительные услуги?

— Возможно. Посмотрим, как пойдет.

Через полчаса Фёдор, чистый и расслабленный, развалился в кресле, а цирюльник стриг его отросшую гриву острыми ножницами.

— А что с вашими руками, господин? — поинтересовался он.