Книга Египетская сила, страница 47 – Татьяна Нильсен

— Да, я слушаю. Надеюсь, что ваша просьба не выходит за рамки моих полномочий.

— Уверен, что это в ваших силах. Вы могли бы решить вопрос с размещением Спиридоновой в отеле буквально на несколько часов, тем более, что в камере хранения стоит её багаж? А я повлияю на страховую компанию, которая сможет оплатить проживание и перелёт. Для такой крупной компании это не большие растраты. И ещё, убедительно прошу вас держать как можно дольше в неведении средства массовой информации. А завтра я самолично прибуду в город, чтобы препроводить русскую на самолёт.

— Конечно, Константин Николаевич, я всё сделаю в лучшем виде. Надеюсь, что не произойдёт непредвиденных ситуаций. Сами понимаете, что я рискую своими погонами. Вы гарантируете, что с документами из министерства всё в порядке?

— Не извольте беспокоиться, оригиналы документов у меня на руках, и вы их завтра получите, просто хотелось, чтобы Спиридонова провела ночь в комфортных условиях, нормально поела и приняла душ перед отправкой в Россию. И ещё– она никуда не денется из отеля, потому, что у неё нет паспорта, нет денег, да и адвокат присмотрит, но если у вас есть какие-то сомненья, вы можете приставить в отеле своего человека.

— Всё в порядке, обойдёмся без лишних людей, думаю, что адвокат не станет рисковать своей репутацией. Тем более, что я наслышан о нём, как о человеке с солидным послужным списком.

У Мустафы груз с плеч свалился. В Египте складывалась не спокойная обстановка, по стране прокатилась волна демонстраций, в ходе столкновений были человеческие жертвы. В крупные города власти ввели бронетехнику. Эта политическая лихорадка могла стать причиной уменьшения количества туристов. Для Мустафы важной задачей являлось сохранение порядка в большом туристическом центре и обеспечение безопасности жителей и иностранцев. А когда не спокойно, то в страну сразу лезет криминал, солдаты удачи, сомнительные личности, и в связи с этим люди Мустафы работали в удвоенном режиме. Возможность избавиться от дела и тела Спиридоновой обрадовала полицейских. Со своим преступным элементом разбираться как-то проще, а вот с иностранцами, тем более женщиной, можно нажить много проблем. Не ровен час вмешается комиссия по правам человека, раструбят на весь мир о том, в каких условиях несчастная русская содержится, тогда Мустафе головы точно не сносить.Тем более, что её виновность поставлена под сомнение, в связи с тем, что всплыла фигура Рамона. Фигура странная, тёмная и уже мёртвая. Он проживал в тихом, бедном квартале, куда не заглядывали туристы. Двухэтажный дом был рассчитан на несколько хозяев, а его однокомнатная квартира находилась на первом этаже и имела отдельный вход со двора. Поэтому никто из соседей не видел и не обращал внимание, с кем дружил Рамон, кого приглашал к себе и во сколько возвращался. Сам колумбиец характер имел не особенно общительный и дружить по-соседски не особенно стремился. То же самое о нём рассказали и на работе. Приходил утром, загружал свой грузовик ящиками, получал накладные и отправлялся по точкам. Два раза месяц в компании с напарником сопровождал груз в морской порт Александрии. Всё это Мустафа узнал до того, как отправил за колумбийцем наряд полиции. Причин для ареста пока не было, а вот поговорить о том трагическом дне очень хотелось. Ведь если Рамон и не имел к убийству никакого отношения, то точно мог видеть, кто заходил и выходил из корпуса. Полицейские распределились вокруг дома, на случай того, если колумбиец замыслит улизнуть. Но, как не стучались и не звонили, никто не открывал. Полицейский надавил на дверь, а она оказалась незапертой. Когда он вошёл, то в полумраке чуть не споткнулся о тело Рамона. Тот лежал с открытыми, удивлёнными глазами, широко распахнув руки и нелепо раскинув босые ноги. Позже полицейские выскакивали во двор и опорожняли свой желудок, потому что картина наблюдалась отвратительно-ужасающая. Рамону разрезали горло, и через образовавшееся отверстие вытащили язык. Это была жестокая смерть и совершенно неожиданная, от того на лице жертвы отразилось мучительное удивление. Под головой натекла большая лужа крови, которая уже почти засохла. Полицейские аккуратно перешагивали, чтобы не вляпаться и не испортить экспертам плацдарм для розыскных действий. На первый взгляд, лежал он в таком неприглядном состоянии уже более двух суток, и по комнате пополз зловонный запах разлагающейся плоти– это и понятно, в квартире стояла жара, несмотря на опущенные жалюзи. Вокруг всё было перевёрнуто вверх дном.