Книга Шариковы дети, страница 13 – Татьяна Нильсен

«Ничего, позднее наверстает».

Мэр знал, что присутствующие расслабятся и оторвутся по-настоящему после того, как он покинет честную компанию. Он незаметно посмотрел на часы и дёрнул за рукав Семизорова:

— Вы здесь уже проследите до конца. А мне надо ещё в администрацию заехать. Забыл на столе телефон.

— Я могу кого-нибудь отправить.

— Не надо, я сам.

Селивёрстов попрощался со всеми, кто попался пока шёл до автомобиля и почти физически чувствовал, как спину сверлят множество глаз.

В понедельник Светочка появилась на рабочем месте вовремя. Она по привычке зарядила кофе машину, рассортировала почту и включила компьютер. Глянув на часы, мысленно удивилась: шеф почти никогда не опаздывает и по понедельникам в девять расширенное совещание. Стрелки подкрадывались к девяти. Может мэр пришёл рано и уже находится в кабинете? Секретарша собрала почту, сначала постучала, потом распахнул дверь и, неслышно шагнула на красную ковровую дорожку. Голова Селивёрстова лежала на столе. Светочка замерла, не зная, как поступить. Она подошла ближе, и крик застрял в горле. Под креслом главы города растеклось кровавое озеро, а глаза со стеклянным безумием смотрели в окно.

Следователь областной прокуратуры всегда обедал в заводской столовой. С его пропуском он мог пройти в любое, даже самое закрытое заведение, а уж на территорию радиозавода и тому подавно. Завод находился в трёх шагах от здания прокуратуры, и грех было не воспользоваться таким соседством. Готовили в местной столовой по-домашнему сытно и вкусно, цены не задирали, скорее всего, руководство доплачивало, а может профсоюзы расстарались, чтобы обеды для рабочих, не напрягали карман. Можно, конечно, потчеваться в кафе, вроде престижно, но к чему условности и пустая трата денег, в то время, когда жена ждёт второго ребёнка. Вот такая случилась незадача. Кто бы ожидал? Скорее надеялись стать бабкой и дедом, а тут такой сюрприз преподнесла жена в её сорок пять лет! А он не знал как себя вести, то ли гордиться, то ли скрывать от коллег и друзей. Однако, что толку скрывать, скоро очевидное вылезет наружу. Всё равно первое время решили помалкивать. Знала только шестнадцатилетняя дочь и то потому, что отец наказал беречь мать, как зеницу ока! Амиров Фарид Махмудович наслаждался едой. Он терпеть не мог торопливости, причём во всём. Иногда медлительность раздражала коллег и жену, но самого Фарида это мало волновало. Он не то, что был толстокожим, просто не обращал внимания на такое отношение. Мол, принимайте меня таким, какой я есть. Другим в свои пятьдесят два уже не буду. Обеденный перерыв заканчивался. Амиров торопливо заскочил в ларёк за сигаретами и вернулся в прокуратуру. Его окликнул дежурный:

— Фарид Махмудович, вас вызывает начальство.

«Перекур отменяется», – подумал про себя следователь, кивнул дежурному и поднялся на второй этаж. Начальник грузный седой мужчина глянул поверх очков и махнул рукой.

— Привет Фарид Махмудович. Как дела? Как твои женщины?

— Ой, чую, не к добру пристальный интерес к моей семье, – Амиров улыбнулся, пожал протянутую руку шефа и уселся напротив.

— Ладно, про семью поговорим позже, а сейчас вникай. Ты ещё, наверное, не слышал, потому что делу не дали ход в прессе, чтобы не началась паника. Сегодня ночью в городе Серове кто-то зверски расправился с мэром. Секретарша утром принесла почту в кабинет, а Селивёрстов лежит лицом на столе. Она сразу не сообразила, подошла ближе и увидела лужу крови. Мэра зарезали ножом. Вот представь, насколько кто-то осмелел, что убил главу города прямо в кабинете! Это кто-то местный, знает, как не очутиться в поле зрении камер видеонаблюдения.