Онлайн книга «Жаба в дырке»
|
— Кажется в квартире всё на месте. Приедут родители, будем выяснять. — Как его убили? – Ирина Николаевна смутилась. – Извините, чисто женское любопытство, можете не отвечать. Я понимаю, что тайна следствия и всё такое. — Отчего же тайна, задушили рано утром, Миниханов собирался на пробежку. А за день до этого он обнаружил в парке труп неизвестного мужчины. — О, как страшно! Он видел убийцу? — Это и пытаемся выяснить, – Беликов поднялся, – вот моя визитная карточка, если что-то всплывёт в памяти, пожалуйста, позвоните! — О да, конечно! * * * В кабинете ждали только Аристархова. Все за день устали, никто не выловил никакой информации, проливающей непосредственный свет на череду убийств. Молчали. Колышкин перемешивал в кружке с чаем сахар, ложка с назойливым звуком ударялась о стенки снова и снова. Провоторова, смотрела в окно на надвигающиеся сумерки, от надоедливого бряканья раздражительно дёрнула плечами: — Алескандр Павлович, ну полноте, ваш сахар давно растворился в кипятке. Звяканье прекратилось. Из угла подал голос Беликов. Он сидел на стуле, закинув ноги на стол, и читал газету: — Какие мы чувствительные… Зоя приготовила тираду, чтобы отбрить Станислава и уже открыла рот, но дверь распахнулась, и на пороге показался Аристархов. — Всем привет. Так, давайте, у кого что, Саша Колышкин, начнём с тебя. Степан Евгеньевич бросил папку на стол, скинул куртку, опустился на стул, и блаженно протянул уставшие ноги. — Я встретился с дальними родственниками Симона Еврандуни. На самом деле они и не родственники вовсе, а компаньоны по бизнесу. Недалеко от Еревана Еврандуни владеют крупной компанией по производству полиэтиленовых напорных труб для питьевого водоснабжения и гофрированных труб для дренажа и канализации. А этот товарищ находит здесь рынки сбыта продукции. Когда сколотилось товарищество с планами элитного строительства на месте дачного посёлка, начали искать выгодных поставщиков строительных материалов. Вот этот друг и подсуетился, за определённый процент. Партнёры наладили канал, один отправлял из Армении трубы, другой реализовывал на месте. А тут наследник богатой семьи захотел учиться в России, вот его и отправили к партнёру по бизнесу под присмотр. А чтобы укрепить позиции в «Облаке рай» Еврандуни старший инвестировал в строительство, а документально зарегистрировал свой пай на сына. Такая вот нехитрая комбинация. За что было убивать парня не понятно, он практически не жил здесь, всё время проводил в Москве. В тот день, когда его задушили, приехал лечить зубы. — Вылечил? – Беликов скинул ноги со стола, сел, подобравшись внимательно слушая. — Вылечил, а вечером встречался в клубе с друзьями, ушёл оттуда рано. Больше живым его никто не видел, – Колышкин развёл руками. – Не имел парень практического отношения к «Облаку рай», ни за какие уши не притянуть. — Вот и у меня такая же картина, – Аристархов вынул из папки листки. – Геворг Ашанян имел прописку на дачном участке и отдал свой клочок земли за процент в компании, Микаэл Амазгуни числился по документам, но каким боком имел отношение не понятно. Самвел Карапетян понятия не имел, что он член строительной организации. Дядя взял в долг у его отца и вложился в предприятие, а чтобы платить минимальный налог, документы оформил на племянника, который работал слесарем в автосервисе, – Степан Евгеньевич перевёл скептический взгляд на Колышкина. Он уже не ждал открытий. – Ну, что там с последним парнем? |