Книга Жаба в дырке, страница 100 – Татьяна Нильсен

— Зябликов?

— Да, Зябликов, кажется Николай Иванович, так вот он прямо сказал отцу, твоя, мол, дочь, блудом занималась на даче, дружков принимала! Ой, что было! Соседа чуть самого в кутузку не определили. Джафар доказывал, что девочку изнасиловали, а она сопротивлялась, только после таких ожогов внешних следов не осталось! Дом специально подожгли, чтобы скрыть следы преступления! И всё это нужно «Облаку рай», именно они жаждали завладеть его землёй. Зябликов слушать не стал, вызвал наряд и велел убираться по добру по здорову, пока он дело на дагестанца не завёл о нападении на лицо, находящееся при исполнении. А дня через два после похорон, словно стена выросла, дело закрыли на основании пожарной экспертизы.

— После Абдулхалиев успокоился? – Степан недоверчиво скосился. Он не ожидал покорного смирения от дагестанца.

— Кажется, писал в генеральную прокуратуру или ещё куда-то, – женщина не распознала намёк полицейского, а только печально кивала. – Сердце отца не утешится никогда, он один поднимал дочку, душу в неё вкладывал, другую женщину в дом не привёл. До сих пор живёт, словно по инерции, – Валентина Фёдоровна неожиданно спохватилась. – Вы чай пейте!

Аристархов в два глотка выпил остывший чай. Поблагодарил соседку и направился к двери. В коридоре его провожали четыре любопытных глаза – два кошачьих, два маленького человека. Следователь улыбнулся и уже у порога спохватился:

— Джафар продал участок под строительство? Я осматривал территорию коттеджного посёлка, там даже намёка на остатки пожара нет.

— Не знаю, врать не стану. Сосед ходил чернее тучи, с расспросами не полезешь, зачем бередить рану. После такой трагедии, разве важны головешки. От осознания того, что там погибла дочь умом тронуться можно! И всё же одно я заметила – Абдулхалиевы жили не в особом богатстве, много не такси не заработаешь. А вот похороны девочки прошли с размахом. Один гроб стоил тысяч сто, на поминки в ресторан пришли больше трёхсот человек, кормили в четыре захода. Конечно, и одноклассники деньги собирали, помогали соседи, товарищи с работы, но и сборы от сердобольных не окупили бы затраты. Он недавно памятник поставил, попросил меня поехать с ним на кладбище помочь убрать остатки цемента и распланировать посадку цветов к весне. Я ахнула, такой помпезности не ожидала. Памятник обошёлся ему почти в миллион рублей. На днях по каталогу себе выбирала, наткнулась на этот мемориал, отсюда знаю цену, – Валентина Фёдоровна спохватилась, в душе сожалея, что сболтнула лишнего. – Я не в укоризну и не в обсуждение, просто подтверждаю подозрения про возникновение денег.

В голове следователя сложились соображения по этому поводу. Вероятнее всего, инвесторы «Облака рай» откупились от Абдулхалиева, чтобы тот волну не поднимал и не требовал дальнейшего расследования в вышестоящих органах. Аристархов поблагодарил хозяйку за чай и, протянув визитку, попросил:

— Валентина Фёдоровна позвоните мне, как только сосед появится.

Сидя в автомобиле, Степан задумался, не зная, в какую сторону двинуться дальше и неожиданно понял, что должен торопиться, пока не появился следующий покойник. В телефоне следователь полистал номера, нашёл нужный и нажал вызов, через секунду сообразил, что без удостоверения никто сведений не предоставит, назовись хоть Папой Римским! Возле нужного отделения полиции оказалось сложным найти место для парковки, пришлось оставить автомобиль в соседнем дворе. Аристархов постучал пальцем по стеклу, привлекая внимание дежурного. Тот поднял голову, и взгляд наткнулся на корочки. Сотрудник внутренних дел перевёл глаза на крупного мужчину с вопросом, который показался Аристархову фамильярным: