Книга Кладбищенский цветок, страница 83 – Татьяна Нильсен

Павел подошёл ближе к трупу. Она сидела, навалившись спиной на ржавую бочку из-под мазута. Лицо девушки почти наполовину закрывали тёмные, кудрявые локоны. И снова белое платье, которое нелепо и странно смотрелось на фоне мусорных развалов. Криминалист Вася Зуев невысокий, лысый мужчина средних лет махнул рукой, мол, отойдём дальше. Жаркое солнце распалялось всё сильнее, от чего зловоние помойки становилось ещё невыносимее. Мужчины отошли на несколько метров на грунтовую дорогу. Зуев снял резиновые перчатки, отвернулся в сторону и смачно высморкался. Он вытер с остервенением нос и повернулся к Павлу:

— Кажется, носоглотка намертво пропиталась этим смрадом, никакой кусок в горло не полезет. Не представляю, как бомжи здесь обитают, и ведь еду себе варганят!

— А ты с их попей, не только рецепторы атрофируются, но и облик человеческий исчезнет. Ладно, что по девушке?

— Обнаружили бомжи, шастали с пяти утра в поисках еды. Они обитают на заброшенной даче здесь неподалёку.

— Как в полицию сообщили?

— Труп увидели, сразу бежать на проходную, оттуда и позвонили.

— Завод закрыли давно, живой души нет.

— Сам удивился, предприятие уже не функционирует, а вахтёра оставили. Что караулит не понятно!

— Я заметил по пути, что дорога к мусорному полигону проходит мимо забора, может ночной сторож видел что-нибудь?

— Ивушкин уже допрашивает в управлении и бомжей и пригласил вахтёршу. Кстати пока он был здесь, позвонили из дежурки. Пришёл мужчина, он разыскивает невесту, которая пропала. Так вот Зиновьев и Ивушкин сейчас на месте, может, узнаем кто она.

— Документов нет?

Зуев отрицательно мотнул головой.

— Следы от автомобиля? Следы волочения?

— Ничего. Девушку привезли ночью, до того, как выпала роса.

— С трупом мы закончили, сейчас забираем и везём в морг, сразу приступим к вскрытию.

— Всегда бы такая оперативность, – криво усмехнулся Краснопёров. – Иногда заключение ждём две недели!

— Начальство давит. Полковник злой, рвёт и мечет! Вроде этими убийствами заинтересовались наверху, требуют немедленного раскрытия, пока не появились новые жертвы! Вон, телевизионщики нос суют во все дырки.

— Быстро только кошки родятся, – хмуро процитировал слова Остапа Бендера полицейский. – А журналисты жаждут скандала, крови и страха. Им не нужен конец криминальной истории, они хайпуют на реалити-шоу, и чем дольше оно будет продолжаться, тем выше рейтинг и больше бабла!

— Может ты и прав, – примирительно произнёс эксперт. – Труп мы забираем, а ты можешь ещё здесь осмотреться, хотя вряд ли что-то найдёшь среди этого хаоса, только надышишься парами гниения.

Пермякова Зинаида Семёновна всю жизнь проработала в школе учительницей начальных классов и всегда считала это призванием. Она с отличием окончила педагогический техникум и уже в двадцать лет переступила порог учебного заведения в качестве преподавателя. В коллективе Пермякову уважали за покладистый характер и желание всем угодить: коллегам, родителям и даже ученикам. Через двадцать пять лет получила первую пенсию по выслуге лет. Прекрасная надбавка к зарплате! Свои дети выросли и разлетелись из гнезда, в один из вечеров муж в своём кресле тихо скончался от инфаркта. Первое время она страдала от тоски и одиночества, потом как-то оклемалась, но неприятные сюрпризы начали происходить на работе. Собственно это были не сюрпризы, а нововведения, которые учительнице казались неимоверной проблемой. Система образования превратилась в ежедневную пытку для учителей. Во всяком случае, для неё это точно! Зинаида Семёновна худо-бедно освоила компьютер, научилась печатать тексты одним пальцем и завела электронные дневники, но бальная система, публикация научных работ учеников в сетях, сводили её с ума! Какие научные работы и исследования можно требовать от учеников начальных классов! Куда девалась старая добрая школа, когда ребята, высунув язык, учатся каллиграфическому письму и читают по слогам: