Книга Кладбищенский цветок, страница 34 – Татьяна Нильсен

Периодически Павел обращался к Долгополовой за советом. Со временем это превратилось в церемонию, сначала чайную, потом на столе раскладывались бумаги и велись долгие беседы. Сегодня всё происходило по расписанию. Василий, обнюхав старого друга, запрыгнул на колени, потёрся рыжей мордочкой о щетину полицейского, вернулся на свой матрасик у окна. Елизавета Андреевна убрала остатки еды со стола, из старинного, скрипучего буфета достала графин с наливкой, два хрустальных фужера и позвала гостя на веранду для перекура.

— Могу чем-нибудь помочь? – женщина села за круглый стол, покрытый разноцветной клеёнкой. – Так просто по доброте душевной ведь не приедешь! Давай, рассказывай! – Долгополова разлила рубиновое вино, чиркнув зажигалкой, прикурила сигарету и блаженно затянулась. – Давно ты не баловал криминальными историями, мозги застоялись.

— Думал, что разберусь сам, но время идёт, а я даже не знаю, за что зацепиться, – Павел вытащил из кармана брюк мятую пачку и бросил на стол. – Похоже, в городе объявился маньяк! В вашей практике когда-нибудь сталкивались с делом маньяка?

— Скажу больше, я с ним жила! – Краснопёров округлил глаза, а судья серьёзно продолжила. – Это мой бывший муж! – Долгополова прыснула от смеха. – Кроме, как маньяком, его никак нельзя было назвать! Ревнивец, просто жуть, следил, караулил возле суда, выглядывал из-за угла, тайком фотографировал, а дома устраивал дикие концерты на пустом месте! Кое-как отвязалась от такого замужества!

— Потом ещё раз были замужем?

— Как-то не сложилось, – женщина залпом со вкусом выпила половину бокала настойки, на секунду скривилась и махнула рукой. – Речь не обо мне, давай сою историю, только с самого начала, и постарайся ничего не упустить.

— Начну с первого убийства, которое произошло в соседнем районе. Пока дела не объединили, но думаю, придётся, уж слишком много совпадений. Третьего февраля девушку обнаружил случайный мужик, которого жена отправила на погреба с утра пораньше за картошкой. Уже светало, и он увидел привязанное за шею к ограде тело. Девушка была одета в светлое нарядное платье, волосы распущены, верхней одежды нет. Коллеги долго не могли определить личность, потому что при ней не обнаружили ни сумочки с документами, ни телефона и вообще ничего. Разослали ориентировки, и в городе Малыхино кассирша на вокзале опознала девушку по татуировке на правой руке в виде ярких анютиных глазок. Тату в наше время не редкость, а вот у жертвы тату было выполнено искусно, цветными чернилами, – Павел глотнул из бокала, только чтобы промочить горло, конечно, хотелось расслабиться, дерябнуть от души, но предстояла ещё дорога в город, поэтому сдержался, немного глотнул и закурил в унисон хозяйке.

— Выяснили, куда она ездила с железнодорожного вокзала, и как девушка оказалась мёртвой в Горячевске?

— Сейчас дойду до этого, – Краснопёров выпустил дым. – Кассирша утверждала, что билет жертва несколько раз покупала в Москву. Между Малыхином и Горячевском не ходят электрички, только рейсовые и проходящие автобусы.

— Значит, она могла попасть в город тремя путями: приехала или её привезли на автомобиле, на автобусе или электричкой из Москвы.

— Да, это основные варианты, и их соседи, по возможности проверили, но результатов пока нет. Оперативники прочесали тату салоны в Малыхино и в Горячевске, но мастера говорят, что такую искусную работу может набить специалист высокого класса и не в маленьком городе, а в Москве и цена работы высокая. Полицейские занимаются этим вопросом, но сами понимаете, сколько таких салонов в столице! В общем, пока этот путь не привёл никуда, несмотря на то, что прошло почти три месяца. Однако тату всё-таки сработало. Оперативники и участковые обходили магазины, торговые центры и общественные заведения. Анютины глазки опознала продавщица в табачном киоске. Круг сузился. Малыхино городок не большой, но довольно разбросанный, полицейские прочесали район, где находится киоск, и выяснили личность убитой. Маргарита Александрова двадцать восемь лет. Работала в детском саду воспитателем, на момент пропажи находилась в отпуске, мать умерла, отец женился второй раз и уехал в деревню где-то в Калининградской области, с дочерью отношений не поддерживал, поэтому никто не бил в колокола и не разыскивал девушку. Александрова проживала в однокомнатной квартире на окраине города, замужем не была, по словам соседей друзей не приводила, по ночам не шаталась, пьяную или под наркотиками её никто не видел. Что курила, то да, а в остальном приличная девушка.