Книга Стадное одиночество, страница 41 – Татьяна Нильсен

— Вот о нём я и хочу с тобой поговорить, – Любовь замешкалась, подбирая слова, потом махнула рукой в сторону. – Пойдём, присядем. Он безродный и его зовут Матрос.

— Смешная кличка. Так собак называли в моём детстве. Сейчас всё больше породистые Лорды да Маркизы, а раньше были только уличные Трезоры, Бобики, да Полканы. И как вы помещаетесь в однокомнатной квартире все вместе? Твой муж не против? Или я что то упустила?

— Если бы ты нашла время и наведалась в нашу берлогу, то узнала об этой ситуации раньше.

— Ты прекрасно осведомлена о моём отношении к твоему сожителю, – Василиса присела на скамейку и, достав из сумочки солнечные очки, посмотрела на стёкла, пыхнула, сдувая пылинки и только потом надела. – Ещё я в курсе, что люди вы занятые, зачем врываться в вашу стабильность.

— О какой стабильности ты говоришь? Матрос живёт в другом месте, – отмахнулась дочь и присела на скамейку рядом с Волошинской. – Иногда в свободное время я помогаю одному приюту для животных. Вот однажды туда попали две собаки – Матрос вот этот, – дочь легонько щёлкнула пальцем по лбу пса, который задирал морду и с преданным видом заглядывал в лицо хозяйке, – и девочка Зинка – его сестра. Ты знаешь, что я не люблю животных, но в этого пса я влюбилась с первого взгляда! – Люба почесала собаку за ушами и пропустила сквозь пальцы лохматую шесть. – Но о том, чтобы забрать животное, не велось и речи. На всякий случай я поговорила с Севкой, но он даже слушать не захотел. Как же, он – царь и бог, ему все должны поклоняться и только ему петь дифирамбы. А собака завладела бы моим временем и вниманием, да и в однокомнатной квартире не развернуться!

— Поэтому вы до сих пор не имеете детей, – бесцеремонно перебила мать.

— В какой то степени так, – Люба вздохнула. – Да ещё и жилплощадь не позволяет. А Всеволод и так герой! Он почти не пьёт, перестал играть в азартные игры, а тут вообще упал ниже плинтуса, начав зарабатывать извозом! Выматывается за день так, что ни ко мне, ни к творчеству его не тянет! А то, что он тебе чесал в ресторане о своих творческих планах, так это чушь всё! К Матросу я заезжала почти каждый день после работы. Попросила сотрудников никому его не отдавать, хотя желающие и так в очередь не выстраивались. Кому нужен беспородный, невоспитанный, лохматый и лающий кобель? А мне нужен так, словно я родственника встретила! Ещё сотрудники приюта не хотели разделять брата и сестру, эта парочка даже есть отказывалась, если их определяли в разные клетки. Да вот только на тщедушную Зинку охотников вообще не находилось. Я искала выход из сложившейся ситуации – и нашла! – дочь начертила носком кроссовка замысловатый узор на песке, потом по привычке закатила глаза к небу, набрала в лёгкие воздух и выпалила. – Я купила дом.

— Какой дом? – не поняла Василиса. – Где?

— Совсем рядом от Москвы. В пяти километрах от МКАД.

— А деньги? Где ты взяла деньги? Цены на дома просто заоблачные! Или вообще халупу или завалюху приобрела?

— Я накопила, не тратила те, что ты мне переводила, откладывала с зарплаты! И дом приобрела чудесный и совсем не хижину! – Любовь почему то разозлилась. Она подскочила и встала перед матерью. – Ты посмотри, во что я одета! В этих кроссовках уже троих можно похоронить, а я берегу, отмою, отбелю и опять в дело. Косметику покупаю – самый ширпотреб! – она выдохнула и вернулась на место. – Ещё взяла кредит в банке.