Книга Стадное одиночество, страница 133 – Татьяна Нильсен

Вероятно, на первых порах их совместная деятельность носила легальный характер, но оба они хотели быстрого обогащения. Товарищам уже перевалило за шестьдесят, пора отдыхать и не где-нибудь, а, например, на вилле у тёплого моря, а они всё мелочёвкой промышляют!

Парочка решила сыграть по-крупному. Основная работа легла на плечи русского предпринимателя. Он нашёл на окраине города одиноко стоящий загородный дом, подходящий для проживания, – подельникам надо было где-то укрыться для того, чтобы выгрести все деньги, которые приходили из разных источников. Они предполагали, что скоро их начнут искать. Потом русский вычислил по объявлению человека, который готов был продать старый автомобиль без документов.

— И зачем было приобретать задрипанную колымагу, а не нормальный автомобиль?

— Тогда бы пришлось оформлять машину официально, а русский не хотел светиться. По Москве дружбаны перемещались на общественном транспорте, а на девятке катались за городом, где могли добраться на ней до деревенского сельпо и до станции, где останавливаются пригородные электрички.

Немец в этой компании играл роль витрины. Он вёл переговоры с несколькими компаниями на поставку компьютерного оборудования. С Россманном заключила сделку, в том числе, и частная военная компания на поставку комплектующих для дронов. В документах также фигурировала фамилия русского товарища. Именно поэтому серьёзные бизнесмены, которые так глупо потратились, быстро вышли на близких афериста. Весь бизнес проходил в обход европейских санкций, поэтому устроить жёсткую проверку документации ни один из партнёров просто не мог. А деньги на закупку Россманн брал вперёд на все сто процентов.

— Не могу поверить, чтобы тёртые калачи от бизнеса вот так на слово верили мало знакомому человеку и запросто выдавали огромные суммы по обычной договорённости? – Пирогова покачала головой. – Он же не Вольфганг Мессинг и не владеет даром убеждения или гипнозом!

— Я думаю, что в качестве гипноза выступало некое высокопоставленное лицо, которым и прикрывались подельники. Я догадываюсь, чьим именем бравировали барыги, или кто их крышевал, соответственно, за определённый процент, но доказательств нет, и вряд ли они появятся. То, что у немца есть какой-то сообщник, было понятно с самого начала. Россманн прибыл в Россию за два дня до того, как заселился в отель. Вот тогда надо было копать в этом направлении, искать сообщника и место, где он мог проводить время.

— Ты думаешь, что именно в том доме Россманн расправился со своим компаньоном?

— Именно там! Экспертиза показала.

— Так чьё тело оказалось в лесополосе?

— А ты не догадалась? Конечно, друга и соратника Россманна господина Бояринова!

— Как ты думаешь, когда немец отправлял на операцию своего друга, он уже тогда хотел воспользоваться этой ситуацией и выдать товарища за себя?

— Не знаю. Вероятно, главную роль сыграли огромные суммы, которые заполучили друзья. Россманн попросту не захотел делиться. Он побывал в квартире матери и жены Бояринова. Немец подчистил все возможные упоминания о друге, уничтожил фотографии и документы.

— А как в том доме за городом оказалась Волошинская?

— Судьба иногда преподносит странные сюрпризы. Им суждено было встретиться ещё раз через тридцать четыре года. Они натолкнулись друг на друга в городе случайно, устроились в кафе и завели беседу с воспоминаниями. Хельмут испугался, что близок к провалу, и что-то подсыпал в кофе старой знакомой. Потом вывезти женщину за город и накачать барбитуратами оказалось делом техники.