Книга Потерянная страна Лагом. Книга вторая, страница 73 – Татьяна Нильсен

Александра тяжело вздохнула.

— Ты сильная девушка Света. Приняла решение сразу за двоих. А сын лишь пассивно согласился. Он совсем не боец!

— Он не маленький мальчик. Вовка взрослый мужчина. И мы навсегда останемся близкими людьми! Просто свадьбы не будет, и мы уже не живём вместе. Я вернулась в родительскую квартиру. Вы хотите понять то, в чём мы сами ещё не разобрались! Простите. Мне надо идти на работу. И да за свой выбор только я несу ответственность! Я не хочу чтобы брак превратился в тюрьму, а хуже того в крюк для виселицы!

После разговора Светлана попрощалась со свекровью, которая так ею не стала. Она ещё раз извинилась и отправилась в сторону районного следственного комитета, но на крыльцо не поднялась. Она обошла здание вокруг несколько раз и собралась с мыслями. Остановившись неподалёку, стажёрка закинула голову и посмотрела на светящиеся окна кабинета следователя Трещёткина.

— У меня две новости, – Антипенко расположилась за столом напротив следователя. – С какой начинать?

— А есть выбор между хорошей и плохой новостями?

— Наверное, нет. Обе просто меняют дело, а хорошая это информация или не очень судить вам.

— Так не томи!

— Я была в морге и держала в руках протоколы вскрытия тела Спесивцева. Дело в том, что патологоанатом произвёл процедуру почти через три дня после кончины солдата. В тот день на районе случилось убийство нескольких человек в ресторане «Роза ветров» – слышали, наверное. Начальство приказало сначала заняться телами убитых в ресторане, а уже потом вернуться к Спесивцеву.

— Слышал про такое ЧП. Вроде расстреляли какую-то компанию из высокопоставленных чиновников. Представляю, что следствие на ушах стояло! По горячим следам пытались найти киллера, – Александр потёр шершавый подбородок. – А в деле смерти Спесивцева никого искать не надо было. Пивоваров готовенький сидел с ножом за столом, и даже протезы снял, чтобы не убежать.

— Вот именно! И в протоколах нет ни одной зацепки. Если отравление или усыпление барбитуратами имело место быть, то через три дня доктор ничего не нашёл! А вы бутылку из-под водки «Чистые росы» отдали в лабораторию на экспертизу?

— Отдал. Только какой смысл! Допустим, что отравление случилось, в чём я сомневаюсь, то остатки состава испарились из организма покойника! Значит и в пустой бутылке искать, резона нет! Прошло много времени.

— А вы всё же уточните! – гнула свою линию стажёрка.

— Ну, хорошо! Ведь не отстанешь же! – Трещёткин поднялся. – Посиди здесь.

Александр Алексеевич вернулся через пару минут.

— Как я и предполагал, никаких барбитуратов эксперты в бутылке не обнаружили, – следователь неожиданно поднял палец. – Но! В пробке они нашли след от прокола.

— Я же говорила!

Светлана подскочила от возбуждения, но Трещёткин охладил её пыл:

— Только это нам ничего не даёт!

— Как не даёт? – Антипенко вскинула брови. – Даёт, ещё как даёт! Уверенность в том, что мы идём по правильному пути!

— Ладно, угомонись, потом решим, как пришпилить этот факт к расследованию. Помнится, ты хвасталась, что есть ещё одна новость?

— Для этого присаживайтесь удобнее. Рассказ будет долгим и непростым!

— Заинтриговала!

— У гражданина Спесивцева богатое криминальное прошлое. Начну сначала. Родился он в деревне Долматово в Тульской области. Как-то ночью их дом сгорел, спасаясь все выбежали, в чём спали. Позднее семья переехала в город Королёв. Родители устроились на завод, и от профсоюза получили комнату в общежитии. Работали ни шатко – ни валко, сильно выпивали. В девяностые завод закрыли, и постепенно общага превратилась в бомжатник и пристанище для наркоманов.