Онлайн книга «Верёвка из песка»
|
— Примерно, – равнодушно согласился Македонов. – Хочу вам объяснить, я не убийца, обстоятельства так сложились. — В этом вы будете убеждать суд, – следователь сложил бумаги. – Вы не знали людей, которых убивали, но Кишфалуди был ваш друг! — Вы что думаете, друга тяжелее убивать? Все смотрят в глаза и недоумевают, почему смерть приходит именно к ним? – Македонов спрятал руки под стол, потянулся и забросил голову назад. – Вообще я – Шаман-Талтош уже должен находиться в Будапеште и оформлять дядино наследство. — Ну, попробуйте магические силы, – Хлебников поднялся. – С ними только в ад! * * * Когда профессор получил известие о смерти единственного племянника и наследника, у него снова случился сердечный приступ. Домработница вызвала скорую, которая доставила больного в ту же частную клинику. Медсестра не удивилась, когда утром, придя на смену, увидела своего старого знакомого. Не удивилась потому, что ещё в первый раз, на её взгляд, не было надежды на то, что пациент выйдет из клиники не вперёд ногами, а своим ходом. И всё же больной, несмотря на преклонный возраст и тяжёлый диагноз, довольно скоро пришёл в себя. Доктора запретили ему возвращаться к активной лекторской деятельности, а прописали появляться в Университете в качестве консультанта, много гулять, есть постную пищу, играть в шахматы и лишь заглядываться на красивых дам. О последнем можно было не предупреждать: из среднего кармана брюк вся сила переместилась в голову. Его ещё бередили фантазии о женском теле, о страстях и неземной любви, но всё реже и реже. Профессор выполнял все предписания врачей буквально две недели. А когда порог особняка в пригороде Будапешта переступил полицейский и поведал о страшной участи близкого человека, старик безвольным тюфяком завалился прямо на мраморный пол. По странному стечению обстоятельств его поместили в ту же палату, и ухаживала за ним та же медсестра- беженка из Ливии. За несколько дней пребывания больной не проронил ни слова, он не подавал признаков жизни, только иногда дряблые веки дёргались, открывались глаза, но в них не скользила ни одна живая мысль, ни одна жизненная искорка. Медсестра по-деловому появлялась, меняла капельницы, ставила уколы, проверяла аппараты и датчики, подключенные к телу. Мониторы издавали монотонные звуки, показывая, что в теле ещё теплица жизнь, и только где-то высоко наверху было известно, как долго будет стучать сердце. В этот раз медсестра колдовала с капельницей и чуть не уронила от неожиданности стойку, когда за спиной услышала голос: — Чёрт всегда хотел уподобиться Богу. Нам подсовывали истории о Сатане, Антихристе, которые толкают человека к духовной гибели. На самом деле существуют только мелкие пакостники. «Да что ты знаешь о Сатане?– подумала девушка. Вот она видела это чудовище воочию, когда прилетали истребители, бомбили города и селения под видом борьбы с террористами. Дорога в рай выстлана благими намерениями! Мерзкие лицемеры, разрушившие до основания её страну! – Старик всю жизнь прожил в уютной Европе. Уж он-то свой покой никому не отдаст, не подвергнет риску своё существование до конца дней своих! Чёрта он не боится! А ты его видел? Чувствовал липкий страх, когда от ужаса немеет душа?» Девушка мысленно укоряла старого профессора, не зная того, что в жизни и судьбе каждого человека невидимо присутствует или мелкий чёрт, или изощрённый Сатана. Старик не всегда был стариком, а уж тем более богатым профессором. После второй мировой войны, будучи ещё ребёнком, он просил милостыню на улицах разрушенного Будапешта. И он тоже видел деяния Антихриста. Медсестра не стала звать доктора, тихо присела на край кровати и нащупала пульс на руке больного. Старик оказался спокоен, черты лица разгладились, губы слегка порозовели и взгляд прояснился. |