Книга Верёвка из песка, страница 106 – Татьяна Нильсен

— Добрый день. Вы Малинина Алисия?

— Я, – Валера услышал настороженность на том конце провода. – С кем разговариваю?

— Это Вильницкий Валерий из полиции. Вам удобно говорить?

— Да. Только быстро. У меня клиентка лежит под маской.

— Дело в том, что преступник, что-то искал в вашей квартире. И по версии следствия это что-то ещё находится у вас.

— Я так не думаю. Все свои вещи я знаю! Сейфа в квартире нет.

— Вы, скорее всего, просто не догадываетесь, где находится эта вещь.

— Так что вы хотите от меня?

— Мы могли бы осмотреть вашу квартиру?

— Конечно, но только на следующей неделе. Завтра пятница, у меня много работы, на выходные я уеду в деревню к маме. Вернёмся с сыном в воскресенье вечером.

— Прекрасно! В понедельник с утра вас устроит?

— Думаю да. Ещё что-то?

— Извините, что задерживаю, лишь одна просьба: вы не могли бы подъехать в Управление завтра в любое удобное для вас время?

— Для чего? – раздражённо спросила Алиса. – Я уже всё сказала и показала.

— На коробке из-под аппарата, которую вы предоставили, эксперты обнаружили отпечатки пальцев некой Чистяковой Зинаиды, в прошлом известной московской мошенницы. Лучше, если вы вспомните, кто мог прикасаться к коробке кроме вас.

— Хорошо, я подумаю об этом позже. Сейчас мне надо идти к клиентке, а то обгорит под препаратом. До свидания, завтра постараюсь найти время.

Вильницкий отключился. Он потянулся и, широко открыв рот, зевнул. Как-то само собой получилось, что он переехал к Татьяне. Утром, пока не появилась мать, он срывался на работу. Почему он скрывал сей факт от матери, сам не понимал. Или понимал. Как-то не по-людски складывалась ситуация. Если уж жить вместе, то жить открыто, гулять по выходным с Сёмой на детской площадке, приносить продукты, покупать игрушки для малыша и мелкие милые презенты для любимой женщины. А сейчас, какая-то воровская малина. Появился вечером, нажрался манной каши с маслом, провёл ночь без обязательств, а утром, как воришка смылся. Оправдывал себя Валера тем, что очень загружен на работе. Вот, как только разберутся с этим делом, он поставит все точки над i. Однако в глубине души понимал, что ещё не совсем готов к такому радикальному шагу. Легко войти в чью-то жизнь с чемоданом, а вдруг не получится, тогда кому-то будет больно или ему или ей, а ведь ещё есть Сёма!

В кабинет ввалился Хлебников.

— В галерее был?

— Был.

— И что эта француженка?

— Ничего. Совсем ничего. Подтверждать слова Синькова о том, что он провёл два дня у неё на квартире, отказалась.

— «О, женщины, вам имя – вероломство!» Вильям наш Шекспир, как всегда прав! – Хлебников включил чайник. – С Малининой разговаривал?

— Да. Завтра появится, а в понедельник приглашает на осмотр квартиры.

— Отлично, завтра допросим Синькова в её присутствии, – Михаил налил кофе и направился к столу. – В свете последних событий надо объединять все убийства в одно дело. Кто-то мастерски орудует шпателем, – он посмотрел на часы. – Несколько раз звонил Ковалёву, чтобы рассказать о результатах экспертизы, но его телефон молчит. Странно.

— Нашли что-нибудь на квартире у реставратора?

— Да там много всего. Жилплощадь большая, в одной комнате мастерская. Шпателей хоть завались. Однако это ни о чём не говорит. Больше ни одной зацепки или маломальской улики.