Книга Зелье забвения, страница 33 – Татьяна Нильсен

— А ты уверен, что Дракопоулос твой отец?

— Странный вопрос. Я бы не стал затевать всё это и тратить столько денег на экспертизы.

У Пашки никогда не возникали сомнения по этому поводу, он безоговорочно доверял матери. Уж она не отправила бы его на Кипр и не стала бы сочинять небылицы про богатенького грека. И существуют неоспоримые доказательства – письма и фотографии.

— Да ты не знаешь мою мать, она очень умная и порядочная женщина, и не стала бы мне врать. Почему ты спрашиваешь?

— Всё в порядке, я это так. Рано утром пока ты спал, звонил нотариус, завтра он получит ДНК тест и хочет, чтобы мы все присутствовали на оглашении. Вероятно, он и тебе хотел сообщить об этом, посмотри свой телефон.

За эти несколько дней Пашка ни разу не включил сотовый, не разговаривал с матерью и Мариной. Он понимал, что они ужасно волнуются и переживают, но оттягивал тот момент, когда эта иллюзия счастья рассыпется, как песочные фигуры под дождём. Парень коротко переговорил с нотариусом, они развернули лодку и на виллу вернулись уже затемно.

К конторе приехали в одной машине, и это не укрылось от внимания нотариуса и адвоката, который покачал головой в знак неодобрения, но вслух ничего не сказал. Компания расселась торжественно и молчаливо вокруг стола. Хозяин кабинета встал и предложил на греческом, а адвокат тут же перевёл:

— Не будем долго ходить вокруг да около. Сегодня пришёл генетический анализ, и я могу огласить результаты.

Он открыл папку, взял конверт, вскрыл его и достал несколько печатных листков. Присутствующие, следившие за его действиями, замерли в ожидании. Нотариус старался владеть собой и всё равно по округлившимся глазам гости поняли, что он безмерно удивлён.

— Заказчик Пушков Павел Аргирисович – сын, предполагаемый отец Аргирис Дракапоулос. Экспертиза установила, что вероятность отцовства исключена на сто процентов.

Повисла пауза. И только Пашка непонимающе замотал головой:

— Я что-то не понял…

— Ты понял всё правильно, – Иса сочувствующе смотрел на парня и тёр подбородок. – Дракопоулос исключён, как твой биологический отец.

Пашка со злостью кидал вещи в чемодан, не в силах осознать происходящее. На последние деньги он купил билет до Москвы, который улетал после обеда. Они сидели на открытой веранде возле бассейна и молчали. Первой заговорила Зоя:

— Мне очень жаль, но иногда в жизни происходит не так, как мы хотим.

— Я понимаю и не сожалею ни о чём. Мы с матерью никогда не жили в богатстве, и уже не стоит начинать. Я думаю, что мать когда-то придумала всю эту историю со знаменитым гонщиком и сама в неё поверила. Может и на самом деле она знала Дракопоулоса, переписывалась с ним. Конечно, лучше назначить его отцом и заставить меня и всех окружающих поверить в это. Всё лучше, чем знать, что настоящий отец какой-нибудь Вася Пупкин студент-неудачник с педагогического института.

Опять замолчали ненадолго. Зоя предложила:

— Знаю, что у тебя нет денег, заплатить адвокату вторую часть за работу. Ты не волнуйся, назавтра я договорились с ним о встрече. Мы решим финансовый вопрос. Это будет вроде моральной компенсацией за потраченное впустую время.

Пашка тяжело вздохнул:

— Спасибо, ты много делаешь для меня. Я отдам тебе все деньги, как только вернусь в Москву, – Зоя замахала руками в знак протеста, а он продолжил. – Меня угнетает не то, что я не получу наследства, а то, что расстаюсь с тобой. Я люблю тебя Зоя. Не думал, что скажу это так легко. До этого дня я не говорил таких слов никому.