Книга Смертельный вояж, страница 83 – Татьяна Нильсен

— Почему он не уехал раньше? Ждал, когда с него снимут обвинения официально? И зачем он хотел уехать?

— Я думаю ему плевать на обвинения, он ждал чего-то другого.

— Но что мы ему завтра предъявим? Это ещё не преступление, по законному паспорту поменять место жительства и поселиться в другой стране.

— Нет не преступление, но есть много вопросов, связанных с похищением его и Ивановой. Пока мы канителились с Запашным, то на время выпустили из виду этот эпизод. Иванова дала показания очень подробно, при осмотре на её руках эксперты обнаружили следы уколов. Анализ крови показал, что ей вкололи достаточную дозу снотворного. Похититель хотел, чтоб она спала, пока вез из Тамбова в этот лагерь.

— Но почему маньяк не убил её, зачем везти её за пятьсот километров? А вдруг остановит дорожная полиция? – Спросил Ерин и поёжился от ужаса.

— Я ещё точно не знаю, но думаю, что это сделал сообщник Запашного, он умный, но не убийца. Помнишь, профессор психологии из Стамбульского университета, когда давал характеристику маньяку предположил наличие сообщника?

— Помню, но где мы его будем искать?

— Спросим с Петренко. Ведь он нам ничего не рассказал, писать заявление отказался, кровь на наличие снотворных или наркотиков мы у него не брали. А ведь, по всем подсчётам, он должен был находиться в состоянии сна или без чувств, как минимум десять часов пока преступник едет в Тамбов и обратно.

Ерин примолк и думал про себя:

«Вот влюблённый идиот, ни о чём не думаю кроме Наташки».

В груди потеплело и запело от счастья.

Допрашивать Петренко оказалось делом нелёгким. Этот «тёртый калач» выверял каждое слово, каждую реплику и контролировал каждую эмоцию. На анализ крови он согласился без сопротивления, но это ни о чём не говорило – есть такие препараты, которые растворяются в крови через несколько минут, а прошло уже более трёх суток. Как и предполагали, анализ крови ничего не показал. От знакомства с Лизой Смирновой Костик открестился, невзирая на то, что свидетели видели их встречу в турецком отеле – мало ли он каких шлюх снимал. Где блудил, когда освободился после похищения, точно не помнит, гулял по городу, наслаждался свободой.

Такая же ситуация наблюдалась в другом кабинете на допросе Запашного. Тот всё отрицал, упирался и требовал адвоката. Тогда решили повернуть разговор по-другому и сообщили, что Петренко задержали в аэропорту при попытке вылететь в Париж, и что он сейчас сидит в другом кабинете на допросе и даёт показания против него. Вот это и сработало. Стасик Запашный вдруг зашипел и ощетинился:

— Ах ты, сука! Это он подкинул мне комбинезон, это он всё придумал! С моими деньгами скрыться хотел!

И с этого момента темнота начала рассеиваться. И картина нарисовалась страшная. Некоторые моменты пришлось домысливать – например, встречу Лизы и Костика в отеле «Вояж» или поведение Стасика с жертвами. Каждый из них хотел переложить вину на другого, но от этого тяжесть вины каждого не менялась. Петренко придумал хитроумный план и контролировал его воплощение, а Запашный выполнял всё шаг за шагом. И план Костика работал как часы! И вот только этого последнего часа не хватило для исполнения задуманного.

Глава 15

Больше полгода назад Петренко познакомился с Лизой Смирновой в одном модном московском ресторане. Потом любовники несколько раз встречались вяло, потому что настоящей любви не получилось, а происходило лишь сексуальное влечение. Эти ягоды произрастали на одном поле – оба любили свободу, секс и деньги. С двумя первыми любовями состояло всё в порядке, а вот с деньгами всегда возникали проблемы. Лиза хоть и жила у богатого дядюшки, но тот наличными не баловал. Он вкладывал в её образование, в педагогов, учебники, поездки за границу. Считал, что нет разницы, сколько лет твоим кедам, главное они идут по Мадриду, Парижу, или Риму. Смирнов контролировал все расходы, но наличных дома не держал. Покупал для племянницы дорогую одежду, иногда ювелирные украшения, чтобы выходить с ней на приёмы и знакомить с состоятельными партнёрами. Он хотел ввести её в свой бизнес и надеялся, что после его смерти дело, которое он создавал с таким трудом, племянница сохранит и преумножит. Лиза ни от чего не отказывалась, но и особого рвения не проявляла. Ей хотелось другой жизни – весёлой и разбитной. Девушка начала курить, ей нравилось пить элитный алкоголь – разные ликёры, дорогие вина и мартини. Она считала себя сногсшибательной, когда в одной руке держала бокал холодного мартини с плавающими оливками, а в другой сжимала пальчиками с идеальным маникюром длинную сигарету с ментоловым вкусом. Но иногда не хватало денег купить даже пачку сигарет. Она пыталась выцыганить под разными предлогами у дядюшки хоть немного средств, но тот отвечал кратко: