Книга Чарующая бесполезность, страница 113 – Татьяна Нильсен

— А сейчас к Караваеву приходят друзья, женщины?

— Ой, после смерти матери, он совсем одичал. Огородом не занимается, трава вырасла, свет в окнах загораживает. Остались у него работа и птицы. Он порой меня просит за ними поухаживать, когда уезжает в командировки. А мне нравятся особенно канарейки. Такое благодушие от их чириканья.

— Часто он отсутствует? Когда он обращался к вам в последний раз?

— Бывает, но не часто. — женщина задумалась. — Последний раз он пришёл вечером, сказал что отлучится по делам на несколько дней то ли в Нижний Новгород, то ли в Екатеринбург. Как раз после смерти матери на девятый день. Я его ещё укорила, что надо бы поминки справить, соседей позвать, а он странно так ответил, мол память дни не считает, как можно самых близких забыть. Ну а я что, моё дело маленькое, три дня канареек слушала, носки внукам вязала в караваевском дворе.

Рафик прихлебнул чай и причмокнул языком:

— Ваши булочки верх совершенства!

Они заговорили на разные темы, полицейский несколько раз возвращал беседу к семье Караваевых, но больше полезной информации не добыл. На всякий случай он заглянул ещё несколько соседних домов, но ничего интересного так же не узнал. Рафик направился в Управление, но по дороге передумал и повернул в другую сторону. Его догадка казалась нереальной и дикой, но он всё-таки решил её проверить. Через два часа он ворвался в кабинет триумфатором и, увидев хмурого Шапошникова, воскликнул:

— Серёга, не грусти, сейчас подниму тебе настроение! — Рафик бросил папку на стол и уселся на стул напротив товарища. — Пока не знаю, что это нам даёт, но слушай. У Караваева была сестра двойняшка. Соседка говорит, что они как две капли похожи друг на друга. Так вот: чуть больше года тому назад в Консульство Германии поступили документы от гражданки Василевской Лидии на получение общеевропейской визы, а через пять дней посольство этой страны, проверив бумаги, выдало заграничный паспорт с вклеенной Шенгенской визой действующей в течение трёх лет. Вроде ничего удивительного кроме одного— документы поступили за три дня до смерти Василевской. Через пять дней пакет готовых документов с курьером был доставлен по адресу, указанному в накладной, а именно по адресу проживания Караваева.

— Подожди, я что-то не улавливаю, а кто такая Василевская?

— Это и есть сестра двойняшка Караваева. Она была замужем, но после развода оставила фамилию мужа.

— Ну что в этом интересного? — Шапошников лениво зевнул, от долгого просмотра видео его неумолимо клонило ко сну.

— Да проснись ты! Соседка сказала, что за месяц до кончины, Лидия настолько плохо себя чувствовала, что уже не выходила из дома. А тут, представь себе, за три дня до смерти она появляется в Консульстве и сдаёт документы!

— Да сдать мог брат, мать! Что в этом такого?

— Сразу видно, что ты в Европу ни разу не посещал. С 2015 года Евросоюз ужесточил визовый контроль и ввел обязательную дактилоскопию.

— Ты полагаешь, что женщина была не в состоянии это сделать?

— Да она в агонии уже лежала, на сильнодействующих наркотиках!

— Вот как! — Шапошников оживился. — И каким образом пальчики попали на цифровую фотографию?

— А кто сказал, что пальчики именно покойной?

— Что? — Сергей изумился своей догадке.

— Вот именно, по данным миграционной службы, через год этот паспорт отправился в Германию и вернулся уже из Франции через три дня в Санкт-Петербург.