Книга Норка для Норы, страница 73 – Татьяна Нильсен

— Но зачем она убила Элеонору? Как ты думаешь?

— Ну, во-первых: то, что она убийца, Софья отвергает категорически, и её вину будет доказывать суд, если дело до этого дойдёт. А во-вторых: преступная парочка не была заинтересована в разводе Элеоноры со Свешниковым. Я думаю, вместе со зверофермой они надеялись отжать меховой бизнес Элеоноры. Никто же не знал, что Нора продала абсолютно всё. Но в любом случае, деньги где-то лежат, их надо только найти. Все средства по праву принадлежат Свешникову и его сыну.

«И часть должна отойти незадачливому школьному товарищу из Афин в оплату за проданные шубы»! – подумал грек и спросил:

— А Василий, какую роль играет?

— Да никакую! Он должен обеспечить алиби секретарше! – Шапошников рассуждал вслух, хотя сам не особенно верил в свои же соображения. – Софья надеялась, что тело найдут гораздо раньше, она же специально ничего не забрала, паспорт, билеты на самолёт лежали в сумочке убитой. Секретарша была уверена, что к их приезду, хозяйку уже похоронят.

Иса с недоверием покачал головой:

— Но мне не понятно, откуда убийца, которая приезжает в Афины первый раз, находит именно этот заброшенный отель? Я посмотрел, о нём даже упоминания в интернете нет, как о строящемся объекте. И даже, предположим, что встретились они в отеле, где остановилась Свешникова, хотя ни свидетели, ни камеры видео наблюдения не подтверждают факт их встречи, зачем убивать Элеонору в Греции? Здесь в Санкт-Петербурге, где знаком каждый тёмный угол, можно было бы сделать это совершенно незамечетно и без свидетелей.

— А ты думаешь, что убить человека просто? Но я думаю, Софья надеялась, что убийство на две страны, никто не раскопает.

— Но зачем так явно подставляться? Они едут в круиз по Средиземному морю, посещают ряд стран и именно седьмого у них стоянка в Афинах! Неужели она думала, что никто не начнёт проверять? Ещё открыто приходит в отель, сидит в холле некоторое время. Она прекрасно понимает, что её запомнит портье.

Шапошников и сам осознавал, что поторопился с задержанием Софьи и Василия, но что сделано, то сделано. Если к вечеру ничего на них не возникнет, придётся отпускать.

— Надо сегодня же поговорить со Свешниковым, похоже, он не знает, что салон и родительскую квартиру Элеонора тоже продала.

— Вот, вот,– подхватил Иса, – Свешникова, однако, разорили вчистую. Жена своё всё продала, его звероферму заберёт за долги банк, и остаётся у него половина дома, за который ему придётся пободаться. И если не найдутся миллионы Элеоноры, то меховой король-то голый!

Вежливый, чёткий, женский голос объявил регистрацию на рейс Санкт-Петербург – Ларнака. Мужчины не торопясь двинулись к стойке регистрации. Адвокат прокручивал ночной разговор с Изольдой и никак не мог вспомнить, что же всё-таки упустил.

— Чуть не забыл! – Иса дёрнул за рукав полицейского. – А ведь ваш шантажист сделал то, что обещал. О судимости дочери домработницы теперь все знают. С работы не выгнали, но отныне, относятся с подозрением. Благородное семейство отлучило её от дома, так как оскорблено обманом и не может больше доверять лгунье-снохе и жене. Дочь с ребёнком сейчас с Изольдой живёт. Вот такие дела.

— Вот козлина рыжая! – Шапошников аж зашёлся от негодования. – Ну, я эту криминальную шайку до поноса затрясу!