Книга Тело, раскрывающее правду. Судмедэксперт против таинственного серийного убийцы, страница 157 – Мэри Кэссиди

Фрейзер закончил допрос и позвонил Мэри, прежде чем направиться к своей машине:

— Я еду в Рингсенд. Езжай к дому Ханта, но скажи остальным нарядам мчаться в сторону дублинских доков.

92

Пока Фрейзер ехал, он снова набрал номер Эша Суини. Ничего. Затем он позвонил в Дублинское портовое управление и объяснил, что ищет и насколько это срочно. Уже через пару минут голос на другом конце провода сообщил ему то, что нужно. Никакого Бобби Джойса не было, но был Роберт Джеймс Джойс, который арендовал складское помещение в Бехан-Доке в Рингсенде.

— Этот док не использовался последние десять лет, – сказал голос. – Честно говоря, я не думал, что там вообще кто-то работает.

Фрейзер узнал адрес и направился прямо туда – дорога должна была занять минут пять. Схватив полицейскую рацию, он дал команду всем машинам из этого района ехать к причалам.

Борясь с нарастающей паникой, он двигался вперед.

У него зазвонил телефон. Это была Мэри.

— Ханта дома нет, – сказала она, – но на подъездной дорожке стоит спортивный автомобиль. Дока тоже не видно.

Фрейзер повесил трубку и поехал дальше. На причале было пять складских помещений, но только одно выглядело так, будто им еще могли пользоваться – новые на вид замок и цепь, в открытом виде свисающие с дверной ручки, и припаркованный рядом «Форд Фиеста». Фрейзер оставил «Ауди» в паре сотен метров от причала и пригнувшись побежал к тому складу с оружием в руке. Примерно в то же время прибыли три патрульных автомобиля, и он жестом велел остальным держаться подальше и не высовываться.

Фрейзер внимательно прислушался – из здания не доносилось никаких звуков, поэтому он протянул руку и медленно повернул ручку. Почувствовав, как отпирается замок, он резко распахнул дверь, выставив перед собой пистолет, и прокричал:

— Полиция! Всем лечь на пол, или я стреляю!

И вот он увидел их, Терри и Руперта Ханта, в растекающейся луже крови. Он побежал туда, где лежала Терри, параллельно вызывая подкрепление и скорую помощь. Ее пульс был очень слабым, а дыхание – частым и поверхностным. Он осторожно положил ее на правый бок, и, когда он это сделал, она открыла глаза и на мгновение сосредоточила взгляд на нем.

— Я же говорила тебе, что это не Кливер, – сказала она.

После этого Терри снова потеряла сознание.

Терри то приходила в себя, то снова теряла сознание. Она предпочитала темноту, потому что, когда просыпалась, ее мучили спутанность сознания, боль и тошнота. Она слышала, как приглушенно разговаривали люди у ее кровати. Ей не хватало сил даже на то, чтобы открыть глаза. Она слушала. Мишель, Фрейзер и Лора. А затем она услышала знакомый северный дублинский акцент, смягченный тридцатью годами жизни в Глазго, и поняла, что все будет хорошо. Ее отец.

Наконец она проснулась без желания снова погрузиться в сон. Свет был приглушен, и в палате царила тишина. Вскоре к ней пришел медбрат – молодой мужчина с бритой головой и темно-карими глазами, – чтобы проверить ее показатели:

— Рад, что вы снова с нами, доктор О'Брайен.

— Где я?

— В больнице святого Винсента. Вам сделали серьезную операцию.

— Я хочу пить.

— Я принесу вам воды. Мистер Фергюсон, ваш хирург, будет рад, что вы пришли в себя.

— Сколько я уже здесь?

— Пару дней. Ваши посетители ушли домой на ночь. Вам лучше поспать. За дверью палаты дежурит полицейский. Он проследит, чтобы вас не беспокоили.