Книга Тело, раскрывающее правду. Судмедэксперт против таинственного серийного убийцы, страница 14 – Мэри Кэссиди

— Твою ж мать! – воскликнула она.

Мишель быстро обняла ее и села рядом.

— Можно вывезти девушку из Глазго, но Глазго из девушки – никогда, – сказала она. – Ты не заказала мне кружку пива, куколка?

Преувеличенный глазговский акцент Мишель рассмешил ее. Обычно она была очень вежлива – настолько, насколько это вообще возможно для уроженки Ларкхолла. Она одарила Терри той же дерзкой улыбкой, которую та помнила с их первой встречи много лет назад. Это случилось на неделе первокурсников в Университете Глазго, на приветственном собрании в театральном кружке. Терри была с Бекс – подругой со времен начальной школы, которая была полна решимости с головой окунуться во все это. Бекс была невысокой, светловолосой и очень уверенной в себе, а Терри – ее полной противоположностью: высокой, худой, неловкой и застенчивой. Иначе говоря, плохим материалом для драмкружка. Мишель подошла к ней, когда она стояла одна в углу, кромсая в бумажный стаканчик конфетти и боясь, что ее кто-нибудь заметит.

— Ты это слышишь? – спросила она с нотками недоверия в голосе.

Терри огляделась, надеясь, что эта кудрявая девчонка разговаривает с кем-то другим. Она указала на парня в передней части зала, который лирически распинался о прелестях драмкружка.

— Напыщенный придурок. «Мы ставим Шекспира и серьезные пьесы, ничего легкомысленного вроде мюзиклов!» Ха! К черту все это, вот что я скажу.

— Может быть, это весело? – протянула Терри, хотя вовсе не была уверена в своем желании скакать по сцене в роли Барда.

— Ты издеваешься надо мной? – этот ответ Мишель стал их фирменной фразой на долгие годы.

Они так и не пошли в драмкружок.

Терри сунула телефон в сумку и жестом попросила бармена налить кружку пива для ее подруги.

— Мне нравится твой новый образ! – сказала Терри, нагибаясь и взъерошивая ее волосы. – Ой, фу!

Обычно неуправляемые кудри подруги теперь были уложены с помощью толстого слоя геля.

Мишель села на табурет и подняла кружку, ранее приземлившуюся на подстаканник перед ней:

— За здоровье, дорогая!

Они чокнулись и отпили.

— Ну, как тебе сегодняшний день? – спросила Мишель, вытирая каплю на бедре.

— Нормально, а что?

У Мишель было серьезное лицо:

— Это было нелегко – тело молодой женщины в лесу.

Терри не собиралась погружаться в это:

— Перестань, Мишель.

Мишель раздражала ее, когда вела себя как сводная старшая сестра, пытающаяся защитить ее от собственного разума. Как будто это было возможно. Терри уставилась на свой напиток. Когда она подняла взгляд, выражение беспокойства на лице Мишель заставило ее испытать вину за свою грубость. Она знала, что та хотела как лучше, и видела ее фасад «играй роль, пока роль не станет тобой». Однако ей вовсе не шли на пользу постоянные попытки вспомнить прошлое.

— Честное слово, я в порядке, – сказала Терри с улыбкой. – Не волнуйся так, трусишка.

Она взяла стакан и подняла его:

— Подруги?

— Подруги, – вздохнула Мишель.

Терри огляделась в поисках меню. С самого утра у нее во рту не было ничего, кроме кофе и колы, и «Бакарди» ударил ей в голову. Мишель толкнула ее.

— Что?

— Смотри, кто только что вошел.

Терри обернулась и увидела Алана Ахерна, руководившего работой на месте преступления. Мишель смотрела на него, выпучив глаза и практически высунув язык. Пока Ахерн пробирался к ним через бар, все женщины в пабе неприкрыто оценивали его. Пару своих знакомых он поприветствовал рукой на плече и широкой улыбкой.