Книга Назову себя шпионом, страница 139 – Евгений Таганов

— Между прочим, когда повышал народу зарплату, то и Еве хотел поднять. Так меня отчитала, чуть живым ушел. Решил больше не дергаться. Сам, если хочешь, переговори с ней, какую цифру потом назовешь, та ей и будет.

Вспомнили и про «Светлобес». Особенностью газеты было то, что все материалы в ней продолжали сохраняться и набирать просмотры, и для успешного функционирования она требовала не больше трех-четырех новых заметок в день. Поэтому со временем работы редактору особенно не прибавлялось, тем более что приобретенный опыт помогал ему справляться с ней все легче и эффективней.

— Кстати, позитив набирает больше просмотров, чем негатив, — похвалился Хазин.

— Давай колись, как ты наших русофобов так подводишь.

— Ловкость редакторских рук, ничего больше. Ты же знаешь, на главной странице только названия и небольшие выноски, остальное надо захотеть открыть. Можно сделать выноски из первых строк материала, а можно этим строкам придать супер интрижный вид, что я для любимых материалов и делаю. Кстати, когда будет нормальное финансирование? Твои пять тысяч уже закончились.

— Я вчера смотрел, у тебя только сто тысяч просмотров. Это четыре штуки баксов.

— А моя тысячная зарплата? А дополнительный работник? А накладные расходы?

— Я думал, ты, как Ева, за идею работаешь, — довольно ухмылялся Алекс. — Американский бюджет не выдержит твоих хищных запросов.

— Тебе, как боссу, тоже чего-то отстегнуть надо.

— Вот это самое главное! Теперь точно что-то пробивать начну.

Под эти бла-бла-бла полтораста верст отмотались совсем незаметно. И вот уже на шоссе указатель: «Зыковка, 3 км». Свернули. Доехав до поселка, упрятали джип в небольшой лесок и, захватив два «макарыча», пару наручников и скотч, дальше пошли пешком. Поселок представлял из себя унылое зрелище. Полсотни домов, треть из них стояли заколоченными — и все без номеров. Лишь у одного более-менее приличного дома под старой ракитой звучала музыка и голоса. Мимо князьков к нему проехала «нива». Из нее вылезли два мужика и две тетки, стали выгружать сумки с бутылками и продуктами. Навстречу им вышел сутулый парень в темных очках и с козлиной бородой, чтобы помочь, но увидел князьков и двинулся им навстречу. Это и был Агеев.

— Не по мою душу, случаем?

Алекс даже не успел ответить, как к ним подскочила одна из теток:

— А это кто?

— Мои питерские работодатели, — представил бригадир.

— Ну так зови в дом работодателей. Пошли-пошли, — и подхватив князьков под руки, тетка потащила их на авдеевское подворье.

Так они оказались на праздновании юбилея авдеевской тещи. Хорошо, что застолье на двадцать человек располагалось в саду под растянутым между груш целлофановым навесом, и можно было не снимать курток и скрывать наличие в карманах стрелялок и наручников. Их сразу же посадили за стол и на некоторое время забыли. Всем заправляли пятидесятилетние товарки юбилярши, которые указывали немногочисленным мужикам, что есть, что пить и как поздравлять. Глядя на обалдевшего Алекса, Жорка давился от смеха: «Вот же попали!» Деревенский люд был прост — возражений «я за рулем мне пить нельзя» напрочь не понимал. И через полчаса уже Алекс насмехался над другом: «Как теперь поедешь после третьего стакана самогона?» Впрочем, выпитое почти не сказывалось за обилием могучих разносолов: от фаршированных гусей и бараньих ребрышек до ухи и домашних колбас. Немного угомонившись насчет именинницы, заговорили и о другом. Больше всего досталось зятю, мол, съездил на заработки, не только без штанов вернулся, но и с побитой физиомордией. Стало понятно, почему на Авдееве темные очки — фингалы были сразу на обоих глазах. Но за насмешливостью как-то все равно чувствовалось общее уважение к толковому зятю: и строительный техникум окончил, и любую работу знает, и вкус к домашнему обустройству имеет. Проявили интерес и к питерцам. Копылову пришлось выкручиваться: «Да, я работодатель, но уволил вашего зятя не я, а босс стройфирмы. Теперь хотим договариваться о новой работе с вашим мастером уже без посредников». Через час у раблезианского застолья случился технический перерыв: мужики захотели погонять по саду мяч с десятилетними пацанами, а женщины сменить тарелки. И князьки с Авдеевым отпочковались сначала смотреть интерьер дома, который оказался покрасочней холодного дизайна финских дач на Саймаа, а потом в сарай-мастерскую смотреть на хозяйские поделки и задавать свои вопросы.