Книга Я не могу с тобой проститься, страница 34 – Элина Градова

*** Ещё в первую неделю моего беспокойного одиночества вечером заходит Алла. Я сначала подумала, что ей нездоровится, и нужна какая-то таблетка или совет, но она мнётся в тамбуре и просит,

— Поговорить.

— Проходи, - если две женщины собрались поговорить, то, наверное, в обычных условиях, полагается достать из бара бутылку красного вина, но у меня только чай.

И вот мы сидим за этим чаем и говорим про какую-то ерунду, обсуждаем колготки, процент лайкры и количество дэн, дающие лучшую износостойкость, хотя нам обеим понятно, что капрон – это самое последнее, что может пригодиться на этой зимовке.

Но я терплю, и Алла сдаётся первой,

— Я хочу поговорить об Игоре, - наконец-то.

— Что ты хочешь узнать, Ал? Про его здоровье? Ему лучше, перевели из реанимации в обычную палату, ИВЛ отменили, температура в норме, анализы тоже стремятся…

— Я это знаю, - перебивает, - у Иваныча каждый день спрашиваю, - нормально! Иваныч там сидит, наверное, и репу чешет: мужиков крутых, свободных, хоть отбавляй, а две дуры подвинулись на не самом могучем и не самом привлекательном и брутальном больном электрике!

— А, что тогда?

— Что между вами? Это серьёзно? – раздумываю недолго. У меня так вымотаны нервы, но сейчас отпускает, потому что понимаю, что страшное позади, и так хочется с кем-нибудь поделиться по-простому, по-бабски. Я рассказываю ей всю нашу дурацкую, ненормальную историю длиной в пятнадцать лет и даже то, что я от него отказалась, лишь бы выжил…

Она плачет, я, видя её слёзы, начинаю тоже. Вот так мы и ревём вместе, как дуры. Мне жаль себя, жаль его, жаль потерянные годы и то, что у нас ничего уже не будет, а Алла говорит,

— Счастливая! Повезло тебе! А насчёт жертвы – дурь! Не из-за жертвы вертолёт прилетел, просто Иваныч пригрозил, что если не прилетит, то он ко всем чертям сворачивает разведку, останавливает бурение, и пусть они там ищут другого мастера и другую бригаду! Сама слышала!

— Спасибо тебе, Ал! – я кидаюсь её целовать и обнимать. И мы уже смеёмся.

Потом Алла рассказывает свою историю.

Ей за красную черту уже перевалило. Тридцать один. После ВУЗа хотелось денег, которых по жизни не хватало в их многодетной нищей семье. Она зубами выцарапалась из болота, окончив школу с золотой медалью и сбежала в Москву. Образование выбрала исключительно из финансовых соображений: где нефть, там деньги. Теперь деньги есть, но жизни нет. Её однокурсницы уже давно расползлись по НИИ и химичат в тёплых цивилизованных условиях, только Алла наравне с мужиками в любое время года мотается по буровым в поисках чёрного золота.

Она про него знает всё, могла бы преподавать в своём же ВУЗе, опыта вагон. Но другой жизни, кроме вахт в окружении бородатых, хмурых, грубоватых мужиков, не представляет.

Алле давно хочется замуж, но думает, что опоздала,

— Я бы сейчас с удовольствием мужу борщи варила и лепила пельмени сотнями. Летом ковырялась в теплице и родила бы не меньше троих пацанов, и была бы счастлива. Только поезд тю-тю! – разводит руками, но потом её лицо озаряет улыбка, и она делится планами, - я знаешь, что решила?

— Что?

— Эта вахта последняя! Рожу себе ребёночка, найду тёплое местечко каким-нибудь инженером-лаборантом на заводе и буду его растить. Денег у меня много, сама подниму, нам хватит. Только залететь бы от нормального.