Книга Я не могу с тобой проститься, страница 2 – Элина Градова

Стою возле крылечка, дышу. От моего дыхания завивается кудрявый парок. Смотрю на то, как он рассеивается, отдаляясь от лица. Настроение после двух фужеров шампанского философское. Кругом белым-бело, лишь двумя стройными рядами темнеют прямоугольники вагончиков временного бурового посёлка. Уже месяц прошёл, как меня сюда занесло, но по дому пока не скучаю, некогда. Здесь жизнь кипит, хоть и на морозе.

Вдруг отворяется дверь, и с клубами пара и сигаретного дыма, подышать кто-то выходит ещё, ну думаю, не одна я такая, отравившаяся «озоном». Не сразу в этом клубящемся ореоле узнаю знакомую личность! Стрелец! Может, мимо пройдёт? Может, напраздновался уже и домой почесал?

Фиг вам, называется! Ко мне топает!

— Привет, - говорю, не сразу же в морду плевать. Вдруг, в кои-то веки у человека благие намерения?

Ошибаюсь…

Он, как с катушек слетел: вместо обычного высокомерно-холодного пренебрежения,

— Привет, шлёндра! – как поставил клеймо полжизни тому назад, так и клепает придурок. Правда, вот так, прямо в глаза впервые. В нос шибает запах алкоголя, Стрельцов пьян?! Первый раз вижу. Пока собираюсь ответить чем-нибудь не менее оскорбительным, добавляет, - новому ослу мозги пудришь?

— А тебе, я смотрю, завидно? На его место хочется? – парирую, наконец-то.

— Да я уж сто раз мог быть на его месте или на чьём-нибудь другом из предыдущих, только… - тут он замешкался на секунду, то ли обдумывая, чем меня ещё задеть побольнее, то ли просто воздуха в лёгкие набрать, но я опережаю,

— Только ты трус, Игорь! Вот и все твои аргументы! Путаешься у меня под ногами всю жизнь, ни себе, не… - дальше не успеваю! Вообще, наобум ляпнула, может, я ему и не сдалась вовсе, но что-то в тот момент толкнуло к такому выводу, а он совсем озверел! Я что же, в точку попала?

Эта скотина хватает меня за грудки, вернее за пуховик и резко дёргает на себя. От неожиданности поскальзываюсь, и уже было валюсь ему под ноги, но удерживает и только шипит мне пьяно в самые губы,

— Он тебе не пара! Поматросишь и бросишь, как обычно! Потому что сука, шлёндра!.. Всю жизнь мне испоганила! – я хочу спросить,

— Это кто ещё кому испоганил?! – но он не дав и пикнуть, вжимается своими губами в мой рот, уже открывшийся для новой тирады, и у меня… подкашиваются ноги. И не потому, что скользко. Сквозь алкогольный дурман мой чуткий нос поймал его запах, личный, мужской, до одурения притягательный. Тот самый Стрельцовский флёр, от которого сносит крышу.

Его язык нагло и вероломно насилует мой рот, а руки не обнимают, вдавливают в его же грудь, не вырваться, не вздохнуть, но я и не рвусь и не дышать, готова до черноты в глазах. Игорь Стрельцов - мой яд и наркотик, и это не лечится…

В это время раздаётся скрип открываемой двери, и враг отталкивает меня так же резко, как несколько минут назад схватил, я с трудом удерживаюсь на ногах, в голове туман, пульс бьёт набатом по вискам, но успеваю выплюнуть ему в лицо,

— Трус! – для закрепления эффекта.

— Иннуся, ты где пропала? – Никитос обо мне вспомнил. Ох, как кстати! Пока этот мерзавец не успел размазать остатки моего потрёпанного достоинства.

— Да вот, дышим тут с земляком, - сообщаю, пряча измученные губы под рукавом, будто бы отогревая нос, - впрочем, я уже надышалась, можем возвращаться, - пытаюсь завернуть своего товарища обратно в вагончик, но он отправляет меня одну,