Онлайн книга «Снеговик»
|
Ирина так и сказала, — Поцелуешь новую родню, если найдёшь, осчастливишь новостью, что блудный сын куда-то запропастился, вот и вся авантюра. Ну, ладно, хотя бы скорым внуком порадуешь. Баба Нюра рвалась ехать вместе, — Куда ты одна в чужое место на сносях?! — Ну, допустим, ещё не на сносях, до сентября если что, вернуться успею. — Ох и отчаянная ты баба, Маринка! — покачала головой, а потом благословила, — с Богом!.. Вот и посадку миновала, море совсем рядом, уже слышу, как оно дышит. На воде полный штиль, никаких волн, гладь, но лёгкий приливный шелест воды о камни приятно будоражит, я уже близко. Впереди несколько каменных уступов, оставляю свою поклажу около одного из них и дальше иду налегке. Огибаю последний и останавливаюсь в немом восторге: красота-то какая, петь хочется и взлететь!.. И ещё… бежать со всех ног к знакомой крылатой широкой спине, что застыла над каким-то важным делом. Что-то рисует или пишет в блокнот, рядом спиннинг, а вокруг чинным полукругом устроилось несколько разномастных котов в ожидании ужина. На мне лёгкие сандалии с мягкой подошвой, и я крадусь бесшумно, даже не дышу в надежде сделать ему сюрприз. Коты не выдают, наблюдают молча. Вот я совсем близко, татуировка ничуть не теряется под загорелой кожей, отчётливо вижу каждое пёрышко колоссальных по размаху крыльев. Уже хочу коснуться, как тогда и обвести их целиком, но тут поплавок с бульканьем уходит под воду, и я шепчу на ухо забывшемуся в своём деле рыбаку, — Пора! — карандаш в его руке замирает, — Я ждал, — чуть громче моего, но тоже шёпотом. Он даже не удивился, будто знал, но уверена, не мог почувствовать, что я рядом, иначе бы не бросил писать на полуслове, — Откуда? — Все сюжеты написаны до нас, забыла? — соображать некогда, удочка ходит ходуном, — Аркаш, тяни! — он откладывает блокнот и хватается за удилище. Немного водит им под водой, чтобы обмануть добычу, а потом, описав зигзаг, вытаскивает здоровенную рыбину. Конец спиннинга сгибается чуть ли не пополам, кажется, сейчас либо лопнет леска, либо сломается вся конструкция. Но нет, ещё мгновение, и гигант бьётся на плоских, поросших травой плитах пирса. — Вот это улов! — смеётся Айс, — не помню, чтобы здесь такие ловились! Осторожно снимает её с крючка и, едва удерживая, несёт к воде. — Ты что, хочешь отпустить? — Конечно, смотри какой красавец! — А, как же коты? — мелкие хищники и, правда, застыли в напряжённых позах. — Так она ж, волшебная! А этим проглотам мелочи наловим, они тут с обеда дежурят, сытые уже, — смеётся Айс, — давай, старуха, не теряй время, загадывай скорей желания, пока не отпустил! Рыба, действительно, до этого извивавшаяся в его сильных руках, замирает, будто готова меня выслушать. Я соображаю быстро, — Хочу, чтобы мой старик никогда меня больше не обманывал, не взглянул ни на одну старуху, какой бы красавицей ни была, чтобы оставался всегда только моим… — тороплюсь, чего ещё стребовать с рыбки, но Айс опережает, — И чтобы мы жили долго и счастливо, и умерли в один день! — и выбрасывает её в море. Лишь успеваю добавить вдогонку, — Но не скоро! — рыба, как будто всё поняв, и приняв во внимание наши пожелания, показывается из воды и, кивнув, или мне показалось, уходит на глубину, махнув на прощанье хвостом… |