Книга Королевство иллюзий, страница 64 – Элина Градова

— Так о чём же ты молила, Валерия? — думаю, одной Валерии вполне достаточно, обойдёмся без Аскольды.

— Наидобрейшая! — королева прилипает снова к руке, — мой супруг Ригондо Роберто Гаурелли король Абекура болен тяжёлой болезнью, ему всё хуже и хуже, ни один лекарь не берётся помочь! Мы уж и заморских выписывали, и магов, прости за пригрешение, — особенно истово целует руку, — призывали, никакого толку, все говорят, что дни его сочтены. Умоляю, Наивсевластнейшая, спаси нашего короля, он ещё не так стар, чтобы уйти! — чем он у них там разболелся интересно,

— Знаю, что король ваш не здоров, — изрекаю без удивления, — давно ли страдает? — может он всю жизнь слаб здоровьем, и ему время пришло.

— Да, где-то с полгода начались недомогания, вначале, думали устал, притомился, отдохнёт, и всё пройдёт, а ему всё хуже и хуже, — вот это уже любопытно,

— Говоришь с полгода?

— Так и есть, Наисветлейшая, полгода, точно, — и все вокруг одобрительно галдят прямо с пола.

— Неплохо бы взглянуть на болящего, — я, конечно, не врач, куда мне до великих познаний, может и правда чахнет сам по себе. Вон у Костика тоже колено болело. Но слишком уж много совпадений: сначала на наследника покушались, потом иллюзора изобрели, а тут и батюшка король, как раз крепко прихворнул. Ни раньше, ни позже. Что-что, а тему «Токсикология» в медучилище в мою голову вбили основательно. Сама собой приходит мысль, что джениторе помаленьку травят.

— О-оо! Это величайшая честь для нас! Вы слышали, — обращается к свите, — возблагодарим наидобрейшую Дадиан! Она сама снизошла до недостойных смертных, дабы спасти нашего дорого короля! — все валяющиеся на полу оживают, как по команде и, в странном, только им понятном порядке, не толкаясь и не пытаясь опередить друг друга, подползают, чтобы чмокнуть мой ботинок.

Очень хочется сбежать из дурдома, но я сегодня работаю богиней Дадиан всерьёз, и осечек быть не должно! Судьба Костика, да что там Костика, всего Абекура в моих руках. Хотя, если выбирать приоритеты, то Костика я бы и на сотню Абекуров не променяла!

— Не будем терять времени! — пора завязывать с лизанием обуви, она уже и так сияет, — я готова прямо сейчас осмотреть Ригондо!

Со всеми почестями меня сопровождают в крытую карету Её Величества, хотя здесь пути минут двадцать, не больше, но это к лучшему, иначе народ разодрал бы богиню на тысячу маленьких Дадианок. Прекрасно понимаю теперь поп-звёзд, скрывающихся от поклонников. А мой фан-клуб — весь Абекур!

Королева, всё ещё не веря своей удаче, поёт мне дифирамбы, а в промежутках между ними жалуется на мужнину странную болезнь.

На вид я бы ей дала не более тридцати с хвостиком, ничего себе у Кости мачеха! Да она бы ему в жёны вполне сгодилась! Но припомнив, что старшая сестра моложе Кости на восемь лет, предполагаю, что королеве сорок точно есть, а может и немного больше. Миловидная холёная брюнетка, обвешанная, как новогодняя ёлка гирляндами, кучей золотых цепочек замысловатого плетения, браслетов на запястьях, тяжёлыми серьгами, с мраморно-белой кожей и большими выразительными карими глазами. Сейчас они полны изумления и, в то же время, некоторой печали, прямо, как у оленёнка Бэмби. Шутка ли — любимый супруг чуть ли не на смертном одре. Почему любимый? Так по ней видно, иначе так бы не страдала. А если учесть, что я видела Костика тридцать лет спустя, прекрасно её понимаю.