Книга Моя нелюбимая, страница 70 – Татьяна Дин

— Это было бы чудесно! – воскликнула Джудит.

Дверь в гостиную отворилась и в комнату вошла Эмили. Она поприветствовала тётушку и уселась рядом с ней.

— О, моя дорогая племянница, а мы тут только что о тебе разговаривали, – заботливо накрыла ее руку своей ладонью Агнес. – Мы с твоей матушкой обсуждаем, как же хорошо, что вы с мистером Гриффином будете жить по соседству. Так ты сможешь всегда навещать своих родителей. И хочу тебе признаться, мы с Джудит, – голос перешёл на шепот, – уже ждём маленьких Гриффинов.

Эмили тут же покраснела.

— Сестра! – призвала ее к порядку хозяйка дома. – Об этом ещё рано говорить. Пусть сначала поженятся. Приготовление к этой свадьбе отняло у всех нас много сил. С каждым новым празднеством гости только прибавляются. Теперь нужно не забывать о новых родственниках, а их, как ты понимаешь, стало больше.

— Конечно, конечно, – устыдилась своей откровенности Агнес. – Тогда, возможно, моя не очень приятная новость станет не такой уж и не приятной. Скажите, вы приглашали на свадьбу мистера Коулмана?

Услышав имя Натана, Эмили напряглась. Что ещё тот выкинул?

— Как наш сосед, мистер Коулман так же получил приглашение. А почему ты спрашиваешь?

— По дороге к вам, я встретила мистера Майерза. Он-то и сообщил мне, что мистер Коулман ещё утром покинул свой дом, и судя по всему, в ближайшие несколько лет не собирается туда возвращаться. Его экономка сказала, что все это время он хочет провести за границей. Так что на одного гостя у вас точно будет меньше.

Сама от себя не ожидая, Эмили дернулась и резко встала.

Обе дамы удивлённо уставились на нее.

— Что с тобой? – забеспокоилась Джудит, смотря в взволнованное лицо дочери.

— Я только что вспомнила об одном важном деле. Прошу простить меня.

Эмили сорвалась с места и забыв попрощаться с тётушкой, вылетела из гостиной. Добежав до своей комнаты, ворвалась в нее, быстро закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и приложив руку к груди, громко задышала.

Натан уехал. Стучало у нее в голове. Уехал. Больше она не увидит его. Теперь он не будет испытывать ее терпение, не отпустит язвительных замечаний, не поставит ее в неловкое положение. Это же замечательно! Разве не об этом она мечтала? Но вместо радости из глаз закапали слезы. Прикусив нижнюю губу, Эмили изо всех сил старалась не расплакаться. Натан не стоил ее слез! Не стоил! Но они продолжали литься по щекам.

Ей вдруг показалось, что с его отъездом она лишилась части своей жизни. Может не самой лучшей, но интересной. Именно благодаря его «вниманию» все эти года она не провела в скучной серости. И хотя она была одинокой, но перепалки с ним заставляли ее переключаться с грустных мыслей на мысли, как бы так ему ответить, чтобы получше уколоть. А когда это выходило сделать с особой изобретательностью и тем самым заставить его замолчать, то невероятно сильно гордилась собой и радовалась как дитя. И как бы сильно Натан не раздражал ее, сейчас она чувствовала себя брошенной им.

«Как? Как она могла плакать о нем?!» – поражалась себе Эмили. Она принялась отчаянно смахивать слезы. Ей должно быть стыдно, что она горевала о его отъезде. Во-первых, у нее был жених и через три дня они поженятся. Кроме Джона, ее вообще больше никто не должен был волновать. А во-вторых, она сама приняла решение отвергнуть Натана. И до сих пор пребывала в уверенности, что поступила правильно. Он был несерьёзным, заносчивым, самолюбивым повесой. Ему нравилось пользоваться женским вниманием. Он не отличался верностью и преданностью. Ему ничего не стоило забраться в комнату к чужой невесте, не боясь при этом опорочить ее имя, а потом просто уехать из их деревни, даже не убедившись, что никто не узнал о его неприличной выходке и она не имеет последствий. Вот и с мисс Роли он поступил подло. Без объяснения причин он разорвал с ней помолвку и принялся жить так, будто ее и не было в его жизни. После этого он направо и налево раздавал знаки внимания девушкам, даря им надежду и показывая, что его сердце свободно. Он бессовестно пользовался их наивностью, добиваясь их благосклонности. И вот о таком человеке она сейчас лила слезы! Ей должно быть стыдно за подобную слабость!